ПОСТАНОВЛЕНИЕ АПЕЛЛЯЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОГО СУДА БРЕСТСКОЙ ОБЛАСТИ

7 октября 2014 г. (дело № 191-8/2014/151А)

 

Апелляционная инстанция экономического суда Брестской области, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу В. на решение экономического суда Брестской области от 27.08.2014 по иску В., Федеративная Республика Германия, г. Л. к Г. (участник общества с ограниченной ответственностью «Б» (далее – ООО «Б») г. Б. об исключении участника общества с ограниченной ответственностью из общества,

 

установила:

 

Решением от 27.08.2014 экономический суд Брестской области отказал В. (далее – истец) в иске об исключении Г. из состава участников ООО «Б».

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить и удовлетворить исковые требования.

Ответчик и третье лицо решение суда первой инстанции просят оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители сторон и третьего лица свои требования и возражения поддержали.

Статьей 277 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ХПК) определено, что суд апелляционной инстанции на основании апелляционной жалобы (протеста) повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

Суд апелляционной инстанции независимо от доводов, изложенных в апелляционной жалобе (протесте), проверяет, не допущены ли судом первой инстанции нарушения норм процессуального права, являющиеся в любом случае основанием для отмены судебного постановления.

В силу статьи 280 ХПК основаниями для изменения или отмены судебного постановления суда первой инстанции являются: неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность обстоятельств, имеющих значение для дела, которые суд посчитал установленными; несоответствие выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального и (или) процессуального права. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права являются основаниями для изменения или отмены судебного постановления суда первой инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного судебного постановления.

Изучив материалы дела, доводы истца, изложенные в апелляционной жалобе, отзыв ответчика на апелляционную жалобу, заслушав пояснения представителей сторон и третьего лица в судебном заседании, экономический суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что решение суда первой инстанции не подлежит отмене.

Истец с вынесенным судом первой инстанции решением не согласен и просит суд апелляционной инстанции его отменить в связи с незаконностью и необоснованностью решения, несоответствием выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела.

Апеллянт считает, что суд неправомерно применил гражданское законодательство Республики Беларусь при оценке правоотношений по расторжению договора купли-продажи от 08.11.2012. Так как правоотношения осложнены иностранным элементом, суд обязан применить коллизионные нормы для определения применимого права. Существующие обязательства по договору купли-продажи на момент открытия наследства полностью переходят к наследникам, в том числе права, предусмотренные пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) – право на расторжение договора по соглашению сторон.

Условиями расторжения договора купли-продажи установлена обязанность возврата доли продавцу. Указанное положение не противоречит действующему законодательству, логично, обоснованно и учитывает интересы всех заинтересованных лиц – как продавца, так и участников, и самого общества, а также наследников. Возврат доли в уставном фонде общества в такой ситуации лицу, которое уже было участником общества, а не третьему лицу, в полной мере отвечает корпоративной природе складывающихся отношений в ООО.

Ответчик в отзыве не согласился с апелляционной жалобой, указав, что применению подлежит право Республики Беларусь, доля в уставном фонде ООО не перешла к наследникам, так как в связи с тем, что на долю в уставном фонде общества установлен отличный порядок перехода по наследству, наследники на момент заключения соглашения о расторжении договора не были ни собственниками доли, ни правопреемниками.

Таким образом, апеллянт не имеет права требовать исключения Г. из состава участников ООО.

Доводы истца несостоятельны в силу следующего.

В соответствии со статьей 100 ХПК каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законодательством.

Истцом был подан иск об исключении Г. из состава участников ООО «Б».

Как следует из материалов дела, истец в исковом заявлении утверждает, что совместное общество с ограниченной ответственностью (далее – СООО) «Б», учредителями которого являлись гражданин Федеративной Республики Германия В. (90 % уставного фонда) и гражданин Республики Беларусь Г. (10 % уставного фонда), было зарегистрировано 04.12.2006 областным исполнительным комитетом. В материалах дела отсутствует устав СООО, в котором в качестве участника СООО указан истец с 04.12.2006. Истец представил суду только устав СООО с датой регистрации от 19.06.2012, в котором в качестве участников указаны В. (90 % доли в уставном фонде) и Г. (10 % доли в уставном фонде). Тем не менее, ответчики в судебном заседании подтвердили, что истец с 04.12.2006 являлся участником СООО.

Согласно нотариальной записи от 08.11.2010 нотариуса ФРГ истец продал свою долю Я. за 22 500 евро, которая подлежала уплате не позднее 01.03.2011.

Согласно протоколу общего собрания участников СООО «Б» от 25.06.2012 в связи с продажей своей доли В. Я. последний был принят в состав участников общества, СООО было изменено на ООО.

27.06.2012 на основании вышеуказанного протокола облисполкомом была произведена регистрация ООО с участниками Г. (10 % доли в уставном фонде) и Я. (90 % доли в уставном фонде).

09.09.2012 участник ООО Я. умер, наследниками его стали Н. и Е., которым 21.03.2013 были выданы свидетельства о праве на наследство по закону, в том числе на долю в уставном фонде ООО в равных долях.

22.03.2013 Н. и Е. подали заявления о принятии их в состав участников ООО «Б». Участник ООО Г. 29.03.2013, сославшись на статью 102 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах» (далее – Закон о хозяйственных обществах), пункт 6.18 действующей редакции устава ООО «Б», отказал данным наследникам в переходе 1/2 части доли в уставном фонде ООО, принадлежавшей Я., и в принятии их в состав участников, так как доли переходят к наследникам граждан только с согласия остальных участников общества и сообщил о выплате стоимости доли в установленном порядке. Данные отказы получены наследниками 06.04.2013.

08.04.2013 согласно протоколу общего собрания участников общества ООО отказалось от приобретения доли в уставном фонде общества в размере 1 % Г. и дало разрешение участнику общества Г. произвести продажу части доли третьему лицу – И. 23.05.2013 облисполкомом зарегистрированы изменения к уставу ООО, в соответствии с которыми участниками ООО являются: Г. (9 % уставного фонда), И. (1 % уставного фонда), 90 % принадлежит самому обществу. 21.05.2014 облисполкомом зарегистрированы изменения к уставу ООО, в соответствии с которыми участниками ООО являются: Г. (99 % уставного фонда), И. (1 % уставного фонда).

Согласно нотариальной записи от 07.05.2013 нотариус ФРГ засвидетельствовал возврат Н. от своего имени и от имени Е. доли участия господина В. в размере 30 264 американских долларов 90 % капитала фирмы «Б» В., так как их отец не оплатил оговоренную покупную цену в размере 22 500 евро. В нотариальной надписи имеется указание на то, что участвующие стороны заключают договор уступки требования и возврат исполненного по договору, которые не соответствуют предписаниям страны нахождения фирмы, и указание нотариуса, что он не может ознакомиться с реестром юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, однако участвующие стороны настояли на немедленном засвидетельствовании.

26.07.2013 истцом в адрес руководителя ООО и Г. были направлены уведомления от 24.07.2013 об отчуждении доли – возврате продавцу (В.) приобретенной доли ООО «Б» в размере 90 % уставного фонда в связи с неисполнением приобретателем обязательств по оплате приобретенной доли уставного фонда ООО.

Согласно ответу от 24.07.2014 к нотариусу городского нотариального округа 27.03.2014 обратилось ООО с просьбой о принятии в депозит денежной суммы в размере 255 023 694 белорусских рублей (Н. и Е.), 28.03.2014 данная сумма была перечислена ООО на депозитный счет нотариуса, а 14.04.2014 граждане Е. и Н. получили в кассе банка по 127 511 847 рублей.

Истец указал, что изменения в устав общества в связи с изменением в составе участников и государственная регистрация изменений до настоящего времени не произведены.

Статьей 1093 ГК определено, что право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо осложненным иным иностранным элементом, определяется на основании Конституции Республики Беларусь, настоящего Кодекса, иных законодательных актов, международных договоров Республики Беларусь и не противоречащих законодательству Республики Беларусь международных обычаев.

Соглашение сторон о выборе права должно быть явно выражено или прямо вытекать из условий договора и обстоятельств дела, рассматриваемых в их совокупности.

Если в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи невозможно определить право, подлежащее применению, применяется право, наиболее тесно связанное с гражданско-правовыми отношениями, осложненными иностранным элементом.

Правила настоящего раздела об определении права, подлежащего применению судом, соответственно применяются другими органами, наделенными правомочиями решать вопрос о подлежащем применению праве.

В соответствии со статьей 1126 ГК к договору о создании юридического лица с иностранным участием применяется право страны, где учреждено юридическое лицо.

Статьей 1119 ГК определено, что право собственности и другие вещные права на недвижимое и движимое имущество определяются по праву страны, где это имущество находится, если иное не предусмотрено законодательными актами.

Принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам, а также иная юридическая квалификация имущества определяются по праву страны, где это имущество находится.

Так как результат судебного разбирательства напрямую зависит от установления факта права собственности на имущество – долю в уставном фонде ООО, – то применению подлежит право Республики Беларусь по месту нахождения ООО. Принимая во внимание, что ООО зарегистрировано на территории Республики Беларусь, ведет свою хозяйственную деятельность на территории Республики Беларусь, государственная регистрация изменений в устав осуществляется регистрирующим органом Республики Беларусь, то при рассмотрении данного спора применимым является право Республики Беларусь.

Пунктом 6 статьи 92 ГК определено, что доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, если уставом общества не предусмотрено, что такой переход допускается только с согласия остальных участников общества. Отказ в согласии на переход доли влечет обязанность общества выплатить наследникам (правопреемникам) участника ее действительную стоимость или выдать им в натуре имущество на такую стоимость в порядке и на условиях, предусмотренных законодательством об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

Согласно статье 102 Закона о хозяйственных обществах доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками этого общества, если уставом общества с ограниченной ответственностью не предусмотрено, что такой переход допускается только с согласия остальных участников общества. Согласие считается полученным, если в течение срока, установленного уставом общества с ограниченной ответственностью, получено письменное согласие всех остальных участников или не получено письменного отказа ни от одного из остальных участников.

Отказ в согласии на переход доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью влечет за собой обязанность общества выплатить наследникам умершего участника общества или правопреемникам юридического лица – участника общества действительную стоимость доли в уставном фонде общества либо с согласия наследников (правопреемников) выдать им в натуре имущество, соответствующее такой стоимости.

Действительная стоимость доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью определяется по балансу (книге учета доходов и расходов), составленному на момент открытия наследства или на момент правопреемства юридического лица. Выплата действительной стоимости доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью либо выдача в натуре имущества, соответствующего такой стоимости, производятся по окончании финансового года и после утверждения отчета за год, в котором произошли открытие наследства или правопреемство юридического лица, в срок до двенадцати месяцев со дня отказа наследникам (правопреемникам) в согласии на переход к ним доли. Доля в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью наследников (правопреемников) переходит к обществу и реализуется в порядке, установленном статьей 100 настоящего Закона, если иной порядок не предусмотрен его уставом.

Уставом ООО, зарегистрированным 27.06.2012 (пункт 6.18), определено, что доли в уставном фонде общества переходят к наследникам граждан и к правопреемникам юридических лиц, являвшихся участниками общества, только с согласия остальных участников общества. Согласие считается полученным, если в течение десяти дней с момента предоставления наследниками свидетельства о праве на наследство или момента правопреемства юридического лица получено письменное согласие всех остальных участников или не получено письменного отказа ни от одного из остальных участников.

На общем собрании участников ООО от 25.06.2012 Г. дал согласие на принятие Я. в состав участников ООО, в связи с чем была произведена государственная регистрация устава общества в соответствии с Положением.

В связи с вышеизложенным, принимая во внимание, что в течение 10 дней с момента получения заявления от наследников (Н. и Е.), Г. отказал им в переходе по 1/2 доли каждому и в принятии их в состав участников, то Н. и Е. автоматически, с момента вступления в наследство, не стали участниками ООО, не была в установленном порядке произведена и регистрация изменений в устав ООО.

Однако, после отказа участника ООО Г. в принятии участниками ООО Н. и Е., Н., действующий от своего имени и от имени Е., заявил нотариусу 07.05.2013, что он и его брат владеют в уставном капитале фирмы «Б» с юридическим адресом в г. Б./Республика Беларусь долей в 90 % (30 264 американских доллара), не имея на то никаких законных оснований.

С учетом того, что доля в уставном фонде ООО не перешла к наследникам, принимая во внимание, что основной целью соглашения о расторжении договора купли-продажи доли был возврат неоплаченной доли истцу, то такой возврат (фактическую передачу имущественного права) наследники и не могли произвести, так как на момент заключения соглашения о расторжении не владели долей в уставном фонде ООО. В связи с тем, что на долю в уставном фонде общества установлен отличный порядок перехода по наследству, не универсальное правопреемство, как указывает апеллянт, наследники на момент заключения соглашения о расторжении договора не были ни собственниками доли, ни правопреемниками. Кроме того, наследники получили от ООО денежные средства в счет выплаты действительной стоимости доли.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно констатировал, что наследование доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не означает того, что наследник одновременно с получением свидетельства о праве на наследство становится участником общества и, следовательно, обладает правами участника, и поскольку Н. и Е. не стали участниками общества, то возврат прав участника общества не может быть произведен путем расторжения договора купли-продажи доли. Поэтому истец и не является участником ООО.

Истец указал, что 25.07.2013 он в адрес директора ООО направил требование о созыве внеочередного общего собрания участников ООО с повесткой дня: об избрании председателя общего собрания участников ООО «Б»; о внесении изменений и дополнений в учредительные документы ООО «Б»; о предоставлении в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы ООО «Б»; о делегировании полномочий по предоставлению в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы ООО «Б» председателю общего собрания участников ООО «Б»; об исполнительном органе ООО «Б».

Так как директором ООО не было созвано общее собрание участников ООО истец 04.11.2013 принял решение о созыве и проведении 29.11.2013 общего собрания участников ООО с повесткой дня: об избрании председателя общего собрания участников ООО «Б»; о внесении изменений и дополнений в учредительные документы ООО «Б»; о предоставлении в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы ООО «Б»; о делегировании полномочий по предоставлению в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы ООО «Б» председателю общего собрания участников ООО «Б»; об исполнительном органе ООО «Б».

Извещение о проведении внеочередного общего собрания участников было направлено участнику Г. 08.11.2013.

29.11.2013 участник ООО Г. на общее собрание участников не явился, в связи с чем принять решение по вопросам повестки дня, требующим единогласия всех участников (регистрация изменений в составе участников), было невозможно. Протокол внеочередного общего собрания участников ООО от 29.11.2013 был направлен ООО и участнику, не принявшему участие в общем собрании участников. 13.01.2014 истцом в адрес директора ООО было направлено требование о созыве внеочередного общего собрания участников общества «Б» со следующей повесткой дня: о внесении изменений и дополнений в учредительные документы общества; о предоставлении в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы общества; о делегировании полномочий по предоставлению в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы общества; об исполнительном органе общества.

В связи с тем, что директором ООО не было созвано общее собрание участников ООО в определенный уставом срок, истец 02.05.2014 принял решение о созыве и проведении 29.05.2013 общего собрания участников ООО с повесткой дня: о внесении изменений и дополнений в учредительные документы общества; о предоставлении в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы общества; о делегировании полномочий по предоставлению в установленном порядке для государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы общества; об исполнительном органе общества.

29.05.2014 участник ООО Г. на общее собрание участников не явился, в связи с чем принять решение по вопросам повестки дня, требующим единогласия всех участников (регистрация изменений в составе участников), было невозможно.

С учетом вышеизложенного истец просил исключить Г. из состава участников ООО.

В соответствии с пунктом 31 постановления Пленума Высшего Хозяйственного суда Республики Беларусь от 31.10.2011 № 20 «О некоторых вопросах рассмотрения дел с участием коммерческих организаций и их учредителей (участников)» исключение участника ООО (ОДО) осуществляется только в судебном порядке по требованию иных участников ООО (ОДО), доли которых в совокупности составляют не менее десяти процентов уставного фонда этого общества, в случае, если такой участник грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) препятствует деятельности общества. Моментом исключения участника из ООО (ОДО) является дата вступления в законную силу решения суда о его исключении.

Право на обращение с требованием об исключении участника ООО (ОДО) предоставлено не только нескольким участникам, доли которых в совокупности составляют не менее десяти процентов уставного фонда этого общества, но и одному участнику при условии, что его доля в уставном фонде составляет десять процентов и более.

В связи с этим суд первой инстанции правомерно сделал вывод о том, что истец участником общества не является, поэтому он не обладает и правом на обращение с требованием об исключении из состава участников Г.

При таких обстоятельствах доводы апеллянта несостоятельны.

Судебные расходы правомерно распределены судом первой инстанции в соответствии со статьей 133 ХПК.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции по делу является законным и обоснованным, в связи с чем решение суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу В. – без удовлетворения. Расходы по госпошлине по апелляционной жалобе следует отнести на апеллянта.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 126, 133, 276–279, 281 ХПК, апелляционная инстанция

 

постановила:

 

Решение экономического суда Брестской области от 27.08.2014 по делу № 191-8/2014 оставить без изменения, а апелляционную жалобу В. – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента принятия, может быть обжаловано (опротестовано) в течение одного месяца со дня вступления в законную силу в Кассационную инстанцию Верховного Суда Республики Беларусь через экономический суд Брестской области в порядке, установленном статьями 282–286 ХПК.