− 
 − 

ИСТОРИКО-ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД К АНАЛИЗУ ПОНЯТИЯ «КОНСТИТУЦИОННЫЙ СТРОЙ» В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

HISTORICAL AND THEORETICAL APPROACHES TO THE ANALYSES OF THE CONCEPT «CONSTITUTIONAL ORDER» IN REPUBLIC OF BELARUS

САЖИНА В.В.,

доцент кафедры конституционного и административного права

факультета управления Института управленческих кадров

Академии управления при Президенте Республики Беларусь,

кандидат юридических наук, доцент

 

Статья посвящена анализу теоретических подходов к публично-правовому понятию «конституционный строй». В ходе исследования сравниваются научные правовые категории «конституционный строй» и «общественный строй». Соотношение двух ведущих нормативных понятий в конституционном праве определяет баланс норм в конституциях белорусского государства, принятых в разное время. История закрепления этого института в конкретных конституциях на различных этапах белорусской государственности также является предметом научного анализа.

 

This article analyzes the theoretical approaches to public law definition «constitutional order». The study compares scientific legal categories of «constitutional order» and «social order». The ratio of two legal normative concepts in constitutional law determines the balance of rules in the constitutions of Belarusian state, adopted at different times. History of fixing the institution in particular constitutions at various stages of Belarusian statehood is also the subject of scientific analysis.

 

Понятие конституционного строя в смысле закрепления конституцией многогранных общественных отношений является не только научным, но и нормативным. Еще в статье 16 французской Декларации прав человека и гражданина 1789 года говорилось, что «общество, в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделение властей, не имеет конституции» [1, с. 131]. Иными словами, основной закон любой страны, формально именуемый конституцией, может и не носить подлинно конституционного характера, а реальное устройство страны – характера действительно конституционного строя.

В первых белорусских конституциях – 1919 и 1927 годов принятия не было специальных глав (разделов), посвященных конституционному строю. Однако указанное обстоятельство вовсе не означает, что советские конституции игнорировали соответствующие конституционные правоотношения и не закрепляли основополагающие черты, то есть своеобразные конституционные основы нового строя в переходный период. В политической сфере, например, широко закреплялись принципы диктатуры пролетариата, полновластия Советов, классового характера общества и государства, гарантии важнейших политических прав для трудящихся и лишения этих прав представителей свергнутых эксплуататорских классов. В социально-экономической сфере авторы четко формулировали принципы уничтожения эксплуатации человека человеком, национализации земли и иных природных ресурсов, отмены частной собственности и установления государственной собственности на средства производства.

После того как задачи по построению социализма, по мнению советских идеологов, в основном были решены, первая Конституция СССР 1936 года (и соответственно Конституция БССР 1937 года) смогла юридически закрепить вопросы общественного строя в единстве его социально-экономической и политической сторон. Это была первая в мире Конституция, включившая в свое содержание новую главу об общественном устройстве [2, с. 38]. В соответствии с наименованием главы вошел в научный лексикон и сам термин «общественное устройство» [3, с. 744–768], означавший самостоятельный институт, нормы которого устанавливали экономические, политические и социальные устои общества.

В Конституции СССР 1977 года, а также в Конституции БССР 1978 года уже используется термин «основы общественного строя и политики СССР (БССР)». Так стал называться первый раздел Основного закона, состоявший из нескольких глав, три из которых закрепляли соответственно политическую, экономическую и социальную системы общества и государства.

Кардинальная трансформация как общественного, так и в целом государственного строя, которая произошла на пространстве бывших советских республик в начале 1990-х годов, инициировала и новые подходы к проблеме определения института конституционного строя.

Термин «конституционный строй» был, по сути, введен в оборот на территории Республики Беларусь Законом СССР от 14 марта 1990 года «Об утверждении поста Президента СССР и внесении изменений и дополнений в Конституцию (Основной Закон) СССР».

На основе этого нормативного правового акта 28 июля 1990 года в Беларуси был принят Закон «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Белорусской ССР», который и содержал новое для белорусского законодательства юридическое понятие «конституционный строй». Закон вносил принципиальные преобразования в Конституцию БССР, в том числе в статью 7. Часть вторая данной статьи в новой редакции гласила: «В Белорусской ССР запрещается создание и деятельность политических партий, общественных организаций и массовых движений, имеющих целью насильственное изменение советского конституционного строя» [4].

Несколько позже о «конституционном строе» упоминалось и в Постановлении Верховного Совета БССР от 25 августа 1991 года «О текущем моменте», где осуждались действия ГКЧП [5].

Наконец, в преамбуле Закона Республики Беларусь от 11 декабря 1991 года «О внесении изменений и дополнений в Конституцию (Основной Закон) Республики Беларусь», предусматривавшего создание Совета Безопасности, также содержался новый термин «конституционный строй».

После распада СССР в 1991 году произошли принципиальные изменения в конституционно-правовом регулировании. В Беларуси и в других постсоветских государствах были приняты конституции, отказавшиеся от прежних подходов к закреплению устоев общества. Первые разделы белорусской, российской и ряда иных конституций стали называться «Основами конституционного строя». Содержание этих разделов в корне изменилось.

Принятая в Республике Беларусь в 1994 году Конституция закрепила принципиально иной по сравнению с основными республиканскими законами советского периода подход к определяющим началам построения общества и государства. Рассматриваемый публично-правовой институт, безусловно, занял ведущее место в общей системе конституционных институтов, о чем свидетельствуют и его расположение в Конституции, и содержание норм, превратившихся в гарантирующую основу для иных конституционных институтов – конституционного статуса личности, национально-государственного устройства страны и системы органов государственной власти, а также принципов их формирования и функционирования.

Ныне белорусское государство с точки зрения конституционного строя характеризуется как правовое, демократическое, социальное, светское, где человек, его права и свободы признаются высшей ценностью, а их защита является обязанностью государства.

Такое или близкое к такому определение конституционного строя можно встретить в конституциях всех стран СНГ и Балтии, кроме Молдовы и Латвии. Нередко это понятие определяется как «конституционный правопорядок» либо «конституционное устройство».

Также важно подчеркнуть, что текст Конституции Республики Беларусь 1994 года неоднократно менялся. Поправки в текст Основного Закона вносились дважды – на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г. Это обстоятельство позволяет наблюдать динамику конституционных положений, анализируя их направленность и целевые установки.

В качестве нормативного понятия конституционный строй включает отношения, закрепленные только основным законом, от названия которого – конституция – и происходит выражение «конституционный строй». Научное же понятие может включать еще и дополнительный комплекс отношений, урегулированных отраслью конституционного права. Такое весьма широкое понятие можно назвать «конституционно-правовым строем». Оно употребляется и в конституциях зарубежных государств.

Вообще выделение основ конституционного строя в самостоятельную главу свидетельствует о том, что действующая Конституция сохранила преемственность не только некоторых идей (например, народовластия), но и самих подходов к структурированию конституционного материала, свойственных предшествовавшим ей советским конституциям. Речь идет об известной конституционной традиции объединять нормы конституций, посвященные политическим, экономическим и социальным устоям общества, в отдельную, структурно обособленную часть конституции (главу или раздел) [6, с. 17].

Замена же в действующей Конституции Республики Беларусь 1994 года термина «общественный строй» на «конституционный строй» объясняется тем, что, как уже отмечалось, общественный строй (как и государственный строй) может быть и демократическим, и тоталитарным. К конституционному же строю такая двойственность неприменима, поскольку само понятие основывается именно на уважении прав человека и подчинении праву, на других демократических ценностях и идеалах. Категория конституционного строя призвана акцентировать внимание на качественной особенности порядка и системы отношений и норм, закрепляющих общественный строй: их приверженности высоким ценностям и идеалам подлинного демократизма, гуманизма, правового государства. Поэтому конституционный строй можно назвать разновидностью или одной из форм общественного строя, которой присущи строго определенные черты [6, с. 22, 23].

Представляется тем не менее, что термин «общественный строй» имеет несомненные достоинства и является весьма удобным инструментом для научного конституционно-правового исследования.

К настоящему времени учеными-конституционалистами не было выработано единого подхода к определению понятия «конституционный строй».

Так, в Большом юридическом энциклопедическом словаре под конституционным строем понимается представленная в соответствующих структурах государства, общества и их институтах, закрепленная нормами Основного закона и другими конституционно-правовыми актами система основополагающих общественных отношений [7, с. 253].

В.Т.Кабышев пишет, что конституционный строй – это система господствующих экономических и социально-политических отношений в их конституционной форме, воплощающих суверенитет народа, свободы и права человека и определяющих сущность общества в целом [8, с. 121]. Н.А.Михалева понимает конституционный строй как общественный строй, в котором функционирует правовое государство с республиканской формой правления, установлен демократический политический режим, признается приоритетное положение личности, незыблемость частной собственности, разделение властей, верховенство права и закона. Такой строй противопоставляется тоталитарному государству [9, с. 108]. Е.И.Козлова и О.Е.Кутафин рассматривают конституционный строй как форму (способ) организации государства, которая обеспечивает подчинение его праву и характеризует его как конституционное государство [10, с. 77].

Представляется, что понятие конституционного строя необходимо рассматривать в двух аспектах: формальном и содержательном.

С позиции формального подхода конституционный строй можно определить как устройство государства и общества в соответствии с Конституцией. Такое формальное понимание и использование этого термина означает, что любое общество и государство, основывающееся на конституции, могут называться конституционными и имеющими конституционный строй безотносительно к содержанию имеющегося у них основного закона. Но не всякое государство является таковым.

Очевидно, например, что «сталинская» Конституция 1936 года ничего общего с действительным конституционализмом не имела. Опиравшийся в какой-то мере на нее тоталитарный режим по существу не мог рассматриваться в качестве конституционного, поскольку и то, и другое (конституционный строй и конституционализм) в принципе опровергались событиями репрессий 1937 года и последующих лет. Конституция СССР 1936 года и основанные на ней конституции союзных республик, в частности Конституция БССР 1937 года, не соблюдали на деле приоритета прав личности и ее высшей ценности, отвергали частную собственность, принцип разделения властей, верховенство права и закона и многие другие категории, присущие подлинному конституционному строю.

Поэтому, как отмечалось выше, имеет значение и содержательный аспект конституционного строя, позволяющий выяснить, насколько реальна демократия в данном государстве, поскольку современная концепция конституционного права исходит из того, что государство признается конституционным не только по факту наличия в нем конституции, но и по степени ее демократичности и, главным образом, по тому, как эта конституция соблюдается.

В содержательном смысле под конституционным строем может пониматься общественный и государственный строй конкретной страны, характеризующийся следующими важнейшими признаками:

подчинение государства праву (причем имеется в виду подчинение не формально провозглашенное, а реально воплощенное);

признание и гарантированность неотъемлемых прав человека, существование такого правового статуса личности, который соответствует общепризнанным принципам и нормам международного права;

разделение властей, система сдержек и противовесов как важнейшее сдерживающее начало власти в отношении к авторитаризму и тирании;

многообразие форм собственности и реальные возможности для существования и развития частной собственности как важнейшего условия проявления свободы и автономии личности;

политический плюрализм, то есть многообразие мнений, суждений и взглядов, возможность создания и деятельности политических партий, придерживающихся различных идеологических установок, кроме экстремистских;

наличие гражданского общества, то есть системы общественных институтов, действующих в государстве, но независимых от него и обеспечивающих проведение на практике частных интересов граждан, коллективов – то есть институты гражданского общества выступают в качестве конструктивного оппонента власти.

Таким образом, конституционный строй – это такой строй, который определен демократической конституцией как основным законом страны и для которого в силу демократизма конституции характерны указанные выше черты [11, с. 130].

В отличие же от конституционного строя основы конституционного строя представляют собой наиболее важные принципы и нормы конституции, предопределяющие характер и содержание государственного и общественного устройства.

В современной научной юридической литературе имеются три главных подхода к понятию основ конституционного строя.

Наибольшее распространение получил подход, согласно которому основы конституционного строя – это те же основы общественного строя, совпадающие по предмету регулирования и месту в системе конституционного права. Но соответствующие нормы наполнены принципиально иным, демократическим содержанием. Предмет института основ конституционного строя при данном подходе – это отношения, составляющие структуру (организацию) общества и государства, но не личности.

Основы конституционного строя – это, бесспорно, главная часть конституционного строя. Конституционный строй в данном подходе – это не только все нормы конституции, но и нормы других источников конституционного права. То есть конституционный строй, по сути, не является институтом, а совпадает с отраслью конституционного права в целом [12, с. 130].

По мнению сторонников вышеприведенной научной концепции, конституционным строем являются не только нормы права, но и регулируемые ими реальные общественные отношения.

Названный подход прослеживается в работах российских конституционалистов В.Е.Чиркина, О.Е.Кутафина, В.О.Лучина, Е.И.Козловой, О.Г.Румянцева, Ю.А.Дмитриева и других известных ученых-юристов. Сторонники рассматриваемого подхода к понятию основ конституционного строя включают в данный институт все конституционно-правовые нормы о статусе невластных коллективных субъектов (политических партий, общественных объединений и т.п.).

Однако, по мнению белорусского конституционалиста И.И.Пляхимовича, не совсем обоснованным представляется приоритет отношений, например, по поводу регистрации общественных объединений, прекращения их деятельности, источников их доходов перед отношениями в сфере конституционных прав и свобод человека [13, с. 179]. На наш взгляд, сказанное демонстрирует несовершенство данного подхода.

Авторы второго подхода исходят из разграничения понятий основ конституционного и общественного строя. Конституционный строй – это важнейший конституционно-правовой институт, определяющий сущностные черты человека (незыблемость прав и свобод), а также государства (подчиненность его праву). Данный институт не закрепляет экономические, социальные и прочие фундаментальные для всего общества связи, образующие его структуру, а определяет лишь принципы государственно-властных отношений и отношений государства с личностью. Следует согласиться с В.Е.Чиркиным, что подобное суждение вряд ли соответствует содержанию, например, главы 1 Конституции Российской Федерации, в которой идет речь и о принципах структуры общества [14, с. 131]. То же можно сказать и о Конституции Республики Беларусь.

Основы общественного строя как нормы о фундаментальных отношениях, составляющих структуру общества, считаются при данном подходе уделом тоталитарных государств, где нет подлинной конституции. В отличие от своих основ конституционный строй в целом не признается авторами рассматриваемого подхода отдельным конституционно-правовым институтом, поскольку включает все нормы конституции (а возможно, и всех других источников конституционного права).

Сторонником этой концепции является видный российский юрист М.В.Баглай, однако не все идеи полностью укладываются в рамки этого подхода.

Гораздо более полное воплощение данная теория нашла в концепции А.М.Яковлева. По мнению ученого, в число неотъемлемых признаков конституции включается ее соответствие социальной реальности и ограничение ею государственной власти. Конституционный строй, по А.М.Яковлеву, – это и есть та реальность, которой соответствует конституция [15, с. 10]. Из рассуждений автора неизбежно следует отрицание существования в СССР и других социалистических странах конституционного строя.

Согласно третьему подходу, который можно проследить в соответствующих разделах фундаментального учебника «Конституционное (государственное) право зарубежных стран» под редакцией Б.А.Страшуна, основы конституционного строя – это характеризующиеся определенными признаками реальные общественные отношения. В отличие от предыдущего подхода понятие конституционного строя здесь не выводится непосредственно из понятия конституции, при этом в число атрибутов конституции не включается ее соответствие социальной реальности. Следовательно, возможно существование фиктивных и реальных конституций. Отсюда выводится положение о наличии конституции во всех, в том числе тоталитарных, государствах [16, с. 46]. Основы конституционного строя при рассматриваемом подходе отграничиваются от основ общественного строя. Такой взгляд представляется наиболее логичным.

В целом основы конституционного строя в самом общем виде можно определить как обособленную совокупность конституционных норм, закрепляющих политические, экономические и социальные, духовно-культурные основы устройства гражданского общества и государства, устанавливающих основные начала организации государственной власти и предопределяющих социальный и правовой статус личности [17, с. 110].

Основы же современного конституционного строя Республики Беларусь образуют следующие правовые положения (принципы):

полнота власти на всей территории;

принцип гуманизма;

народовластие как основа государства;

политический плюрализм;

разделение властей;

верховенство права;

приоритет общепризнанных принципов международного права;

единство и неотчуждаемость территории Беларуси;

защита государством прав и законных интересов граждан;

многообразие форм осуществления хозяйственной деятельности;

обеспечение гражданского мира и согласия;

сохранение историко-культурного наследия и свободное развитие культуры;

равенство перед законом всех религий и вероисповеданий;

полноправное участие Республики Беларусь в делах мирового сообщества, невмешательство во внутренние дела других государств, неприменение силы и угрозы.

Нормы об основах конституционного строя детализируются в каждом из последующих разделов Конституции.

Таким образом, в итоге анализа различных мнений по исследуемой проблеме можно сделать вывод, что конституционный строй – это закрепленные в конституции реально существующие публичные отношения. Конституционный строй есть в том обществе, где, во-первых, принята конституция и, во-вторых, она является не фиктивной, а реальной, то есть реализуется на практике. Конституционный строй – это и часть общественного строя. Но в отличие от последнего концептуально конституционный строй включает не все общественные отношения, а только урегулированные конституцией.

 

СПИСОК ЦИТИРОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

1. Козлова, Е. И. Конституционное право : учебник / Е. И. Козлова, О. Е. Кутафин. – 2-е изд., перераб. и доп. – М. : Юристъ, 2002. – 554 с.

2. Ржевский, В. А. Общественный строй развитого социализма. Конституционное содержание, структура, регулирование / В. А. Ржевский. – М., 1983. – 131 с.

3. Липатов, А. А. Конституция (Основной Закон) СССР [5 декабря 1936 года] // История Советской Конституции 1917–1956 гг. (в документах) / А. А. Липатов, Н. Т. Савенков ; под ред. С. С. Студеникина. – М. : Госюриздат, 1957. – С. 744–768.

4. Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) Белорусской ССР: Закон БССР, 28 июля 1990 г., № 212-XII // Зб. законаў БССР, указаў Прэзiдыума Вярхоўн. Савета БССР, пастаноў Савета Мiнiстраў БССР. – 1990. – № 22. – С. 231–245.

5. О текущем моменте: Постановление Верхов. Совета БССР, 25 авг. 1991 г., № 1013-XII // Ведамасцi Вярхоўн. Савета БССР. – 1991. – № 28. – С. 307–325.

6. Бутусова, Н. Б. Основы конституционного строя Российской Федерации как правовой институт и предмет конституционно-правового регулирования / Н. Б. Бутусова // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11, Право. – 2003. – № 6. – С. 17–23.

7. Борихин, А. Б. Большой юридический энциклопедический словарь / А. Б. Борихин. – М., 2000. – С. 252–265.

8. Конституция Российской Федерации. Научно-практический комментарий / Б. Н. Топорин [и др.] ; под общ. ред. Б. Н. Топорина. – 3-е изд. – М. : Юристъ, 2003. – 830 с.

9. Михалева, Н. А. Конституционное право зарубежных стран СНГ : учеб. пособие / Н. А. Михалева. – М., 1998. – С. 107–139.

10. Козлова, Е. И. Конституционное право : учебник / Е. И. Козлова, О. Е. Кутафин. – 2-е изд., перераб. и доп. – М. : Юристъ, 2002. – 554 с.

11. Василевич, Г. А. Конституционное право Республики Беларусь : учебник / Г. А. Василевич. – Минск : Кн. Дом ; Интерпрессервис, 2003. – 832 с.

12. Енгибарян, Р. В. Конституционное право : учебник / Р. В. Енгибарян, Э. В. Тадевосян. – 2-е изд., перераб. и доп. – М. : Юристъ, 2002. – 492 с.

13. Пляхимович, И. И. Новый конституционно-правовой институт гражданского общества / И. И. Пляхимович // Вестн. Калинингр. юрид. ин-та МВД России. – 2002. – № 2. – С. 179–184.

14. Чиркин, В. Е. Конституционное право : Россия и зарубежный опыт / В. Е. Чиркин. – М. : Зерцало, 1998. – 448 с.

15. Яковлев, А. М. Конституционный строй : Социальный и правовой аспект / А. М. Яковлев // Вопросы философии. – 1995. – № 10. – С. 3–12.

16. Конституционное (государственное) право зарубежных стран: учебник : в 4 т. / отв. ред. Б. А. Страшун. – 2-е изд. – М. : БЕК, 1996. – Т. 1–2 : Общая часть. – 784 с.

17. Конституционное право зарубежных стран : учеб. пособие / А. М. Арбузкин. – М. : Юристъ, 2004. – 669 с.