ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ГОРОДСКОГО СУДА

23 июня 2016 г.

 

(Извлечение)

 

Судебная коллегия по гражданским делам городского суда рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по кассационной жалобе ответчицы, заявлению о присоединении к кассационной жалобе, кассационному протесту прокурора на решение районного суда от 15 апреля 2016 г. по иску П. к Н., С., действующих в своих интересах и интересах несовершеннолетних детей К., Е., о выселении и взыскании судебных расходов, по встречному иску С. в интересах несовершеннолетних детей к П., администрации района о признании договора приватизации недействительным.

Заслушав доклад председательствующего, пояснения С. и Н., поддержавших доводы кассационной жалобы, возражения П., мнение прокурора, не поддержавшей протест, судебная коллегия

 

установила:

 

В заявлении суду и судебном заседании истица указала, что ей принадлежит на праве собственности двухкомнатная квартира. Кроме нее в квартире зарегистрированы: сын, его жена и двое несовершеннолетних внучек. Между истицей и ответчиками сложились крайне неприязненные отношения, в связи с чем она неоднократно обращалась в милицию, но фактически разбирательства не проводились. Она ограничена в передвижении по квартире, в пользовании кухней и ванной комнатой, ей отключают свет, перекрывает воду, снимают вентили. В сентябре 2015 года ответчики построили для себя двухкомнатную квартиру. Вместе с тем продолжают проживать в спорной квартире, создавать для нее невыносимые условия, поэтому она вынуждена проживать на балконе в однокомнатной квартире родственников.

Просила суд выселить ответчиков с несовершеннолетними детьми из принадлежащей ей спорной квартиры в их собственную квартиру на основании п. 3 ст. 95 Жилищного кодекса Республики Беларусь (далее – ЖК), снять их с регистрационного учета, взыскать судебные расходы.

Во встречном иске С. в интересах несовершеннолетней дочери К. указала, что спорная квартира приватизирована на имя свекрови, они участия в приватизации не принимали, но сохранили за собой право пользования и владения жилым помещением, поэтому не подлежат выселению в соответствии с п. 4 ст. 95 ЖК. Просила признать договор приватизации недействительным, так как нарушены права несовершеннолетней дочери К., 2000 года рождения, которая могла бы иметь долю в праве собственности на квартиру, по которой возник спор. Определением суда от 11 февраля 2016 г. в целях обеспечения иска был наложен арест на квартиру, принадлежащую С.

Решением районного суда от 15 апреля 2016 г. удовлетворены исковые требования П., в удовлетворении встречного иска С. отказано, с С., Н. в пользу П. взысканы расходы по оплате госпошлины 540 000 рублей, расходы по оплате помощи представителя 13 млн. рублей, с С. в доход государства взыскана госпошлина 1 050 000 рублей. В решении указано, что по вступлении решения суда в законную силу следует отменить меры по обеспечению иска, наложенные на основании определения суда от 11.02.2016.

В частной жалобе кассаторы просили об отмене определения, поскольку квартира находится в залоге у Банка, который не был привлечен к участию в деле.

В кассационной жалобе С. просила об отмене решения, поскольку они не подлежат выселению в силу п. 4 ст. 95 ЖК. Судом не учтено, что дочь К. проживает в спорной квартире с рождения, имеет право пользования и владения жилым помещением, обучается в рядом расположенной гимназии. На момент приватизации спорной квартиры дочь была несовершеннолетней, ее родители либо органы опеки и попечительства должны были принять решение в ее интересах, чтобы она могла стать участником приватизации и получить долю в праве собственности.

Н. подал заявление о присоединении к кассационной жалобе.

В кассационном протесте прокурор просил об отмене решения, поскольку судом не в полной мере учтено, что на момент приватизации спорной квартиры К. была несовершеннолетней, все решения за нее принимались родителями. В результате приватизации за ней было сохранено право пользования жилым помещением, поэтому она не подлежит выселению.

Обсудив доводы кассационной жалобы и кассационного протеста, проверив материалы дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда, исходя из следующего.

В соответствии с п. 3 ст. 95 ЖК совершеннолетние члены семьи собственника жилого помещения, проживающие совместно с ним и не имеющие доли в праве общей собственности на это жилое помещение, подлежат выселению по требованию собственника в другое жилое помещение, принадлежащее им либо собственнику на праве собственности в данном населенном пункте и соответствующее установленным для проживания санитарным и техническим требованиям.

Согласно п. 4 указанной нормы члены, бывшие члены семьи собственника приватизированного жилого помещения, проживавшие совместно с ним на момент приватизации, но не принявшие участия в приватизации, а также члены, бывшие члены семьи собственника жилого помещения, которое построено с государственной поддержкой, выделенной собственнику, в состав семьи которого входили эти члены, бывшие члены семьи, не подлежат выселению из жилого помещения, за исключением случаев, предусмотренных абзацем четвертым пункта 1 статьи 85 ЖК.

Судом установлено, что нанимателем двухкомнатной спорной квартиры являлась истица, которая проживала там вместе с сыном Н. В 1999 году он заключил брак с С., которая была зарегистрирована в указанной квартире. 16 сентября 2000 г. родилась внучка К., которая зарегистрирована вместе с родителями. С 12 апреля 2006 г. С. состояла на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий составом семьи три человека: она, муж и дочь К.

Согласно договору приватизации от 18.01.2012 П. приобрела в собственность занимаемую ею и членами ее семьи квартиру за счет собственных денежных средств. Ее сын, невестка и внучка участия в приватизации не принимали, но за ними сохранено право пользования жилым помещением.

В спорной квартире истица занимает одну комнату площадью 13,1 кв. м, ответчики – комнату площадью 16 кв. м. 6 августа 2015 г. родилась вторая внучка Е.

Между истицей с одной стороны, сыном и его женой с другой стороны сложились неприязненные отношения, часто возникали ссоры и конфликты, что подтверждается установкой запорных устройств на межкомнатных дверях.

Отношения ухудшились после конфликта 20 августа 2015 г., когда, по утверждению П., невестка устроила на кухне скандал, стала ее оскорблять и унижать, в связи с чем она вызвала сотрудников милиции по тел. 102. Для разбирательства им было предложено пройти в опорный пункт. После того, как сын с невесткой пообщались с дежурным сотрудником милиции, ее закрыли в камере на всю ночь. Утром она узнала, что невестка обвинила П. в том, что она находилась дома в нетрезвом состоянии, устроила скандал. Проводить разбирательство по ее жалобе сотрудники милиции не стали. Она самостоятельно прошла медосвидетельствование на предмет наличия алкоголя в крови, обратилась с жалобой на неправильное поведение работников милиции. По результатам проведения служебной проверки начальник управления охраны правопорядка и профилактики милиции общественной безопасности ГУВД сообщил о привлечении к ответственности ряда сотрудников милиции за допущенные нарушения при ее административном задержании.

В связи с ухудшением отношений и острой конфликтной ситуацией П. была вынуждена в августе 2015 года уйти из дома и проживать на балконе в однокомнатной квартире родственников. В принадлежащую ей на праве собственности квартиру приходила с кем-нибудь из своих знакомых, так как опасалась провокаций со стороны ответчиков.

Свидетели Т. и Г. данные обстоятельства подтвердили и пояснили, что для П. созданы условия, невозможные для проживания в спорном жилом помещении, все шкафы и полки заняты вещами ответчиков, а ее имущество, в том числе холодильник, находятся в ее комнате, которая закрыта на ключ. Ей чинят препятствия в пользовании кухней, ванной, отключают воду, свет.

В 2015 году семья сына завершила строительство двухкомнатной квартиры общей площадью 57,8 кв. м. Право собственности зарегистрировано 26.09.2015 на имя С. Указанная квартира соответствует типовым потребительским качествам и готова к заселению. Однако ответчики от переселения в добровольном порядке отказались, сдали квартиру в наем по договору найма жилого помещения частного жилищного фонда от 3.11.2015 семье Д. сроком на 1 год.

Удовлетворяя исковые требования о выселении С. и Н., суд исходил из того, что они не имеют доли в праве собственности на спорное жилое помещение и подлежат выселению по требованию собственника в другое жилое помещение, принадлежащее им на праве общей собственности в данном населенном пункте, в соответствии с п. 3 ст. 95 ЖК.

Доводы ответчиков о том, что Н. не подлежит выселению, так как не является собственником построенной квартиры, суд обоснованно признал несостоятельными, поскольку квартира построена в период брака и в соответствии со ст. 23 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье (далее – КоБС) является совместной собственностью супругов. Доказательств обратному суду не представлено.

Согласно ч. 1 ст. 74 КоБС местом жительства ребенка считается место жительства его родителей, если иное не предусмотрено законодательными актами Республики Беларусь.

Дети могут быть отделены от своей семьи против воли родителей и других лиц, их заменяющих, только на основании решения суда, если родители или другие лица, их заменяющие, не выполняют своих обязанностей (ч. 4 ст. 32 Конституции).

Исходя из приведенных норм и заключения органов опеки и попечительства о том, что выселение детей из одной комнаты, где они проживают с родителями, в благоустроенную двухкомнатную квартиру не будет нарушать права несовершеннолетних и соответствовать их интересам, суд пришел к обоснованному выводу о том, что дети подлежат выселению вместе с родителями, поскольку проживать отдельно от них они не могут, в новой квартире им будут созданы более благоприятные жилищно-бытовые условия.

Не влекут отмену решения доводы кассаторов о том, что приватизация спорного жилого помещения была произведена лишь в интересах истицы, без учета интересов несовершеннолетней К., 2000 года рождения, поскольку в силу ч. 1 ст. 75 КоБС родители осуществляют воспитание детей, попечительство над ними и их имуществом.

Судом установлено, что при заключении договора приватизации в 2012 году были соблюдены все требования законодательства относительно формы, условий и порядка заключения сделки. Интересы несовершеннолетней К. при заключении договора представляли родители, которые приняли решение о неучастии в приватизации и дали письменное согласие на заключение договора на имя П. без учета причитающихся им денежных сумм.

Доводы о том, что до ноября 2016 года построенная квартира сдана по договору найма иным лицам, не являются основанием к отмене решения, поскольку вопрос об отсрочке исполнения может быть рассмотрен судом в порядке ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ГПК).

Учитывая изложенное, правильным является вывод суда о том, что оснований для признания договора приватизации недействительным как не соответствующего требованиями законодательства, не имеется.

В соответствии со ст.ст. 124, 135 ГПК судом правильно разрешен вопрос о взыскании с ответчиков в пользу истицы расходов по оплате пошлины при подаче иска в суд и расходов по оплате помощи представителя.

Вместе с тем судебная коллегия считает необходимым отменить решение суда в части взыскания с С. госпошлины в доход государства в размере 1 050 000 рублей, поскольку она заявила требования о признании сделки недействительной в интересах несовершеннолетней дочери К., поэтому в силу ст. 87, п. 4 ст. 85 ГПК, подп. 1.25 ст. 257 Налогового кодекса Республики Беларусь освобождается от уплаты государственной пошлины. Учитывая изложенное, из решения суда надлежит исключить указание о взыскании с С. в доход государства госпошлины в размере 1 050 000 рублей.

Не имеется оснований для удовлетворения частной жалобы на определение суда от 11 февраля 2016 г., поскольку согласно ст.ст. 254–255 ГПК суд вправе был принять меры обеспечения в виде наложения ареста на квартиру. Вопрос об обеспечении иска разрешается судом без извещения ответчика и других заинтересованных в исходе дела лиц, поэтому неизвещение Банка, в залоге которого находится указанная квартира, не является нарушением норм процессуального права, влекущих отмену определения. Кроме того, в соответствии с решением суда данная мера по обеспечению иска подлежит отмене по вступлении решения суда в законную силу.

Судебная коллегия считает, что в данном конкретном случае суд пришел к правильному выводу о необходимости удовлетворения требований П., учитывая межличностные отношения сторон и единственную возможность разрешения жилищного конфликта.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ст. 425, п. 1 ст. 435 ГПК, судебная коллегия

 

определила:

 

Определение районного суда от 11 февраля 2016 г. оставить без изменения, частную жалобу – без удовлетворения.

Решение районного суда от 15 апреля 2016 г. отменить в части взыскания с С. госпошлины в доход государства в размере 1 050 000 рублей, в остальной части решение суда оставить без изменения, кассационную жалобу, заявление о присоединении к кассационной жалобе и кассационный протест – без удовлетворения.