− 
 − 

ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ ОБЛАСТНОГО СУДА

6 апреля 2016 г.

 

(Извлечение)

 

Судебная коллегия по гражданским делам областного суда рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по кассационным жалобам Н. и М. на решение районного суда от 16 октября 2015 г. по делу по иску прокурора района в интересах государства к М. и Н. о возмещении вреда и взыскании стоимости незаконно добытой древесины.

Заслушав доклад судьи, объяснения Н., поддержавшего доводы кассационной жалобы и просившего об отмене решения суда, мнение старшего прокурора отдела прокуратуры области, полагавшую, что решение суда подлежит изменению, судебная коллегия

 

установила:

 

В исковом заявлении прокурор района указал, что в январе–феврале 2014 года индивидуальный предприниматель Н. незаконно осуществил вырубку на кладбищах и прилегающих к ним территориях деревень 216 различных деревьев, причинив имущественный вред окружающей среде в размере 54 033 200 рублей. К незаконным действиям причастен и и.о. председателя сельского исполкома М., который нарушил требования действующего природоохранного законодательства и инициировал вынесение данным исполкомом 27 декабря 2013 г. незаконного решения, позволяющего Н. осуществлять вырубку деревьев. Оба ответчика подвергнуты административному взысканию в виде штрафа по ч. 3 ст. 15.22 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях (далее – КоАП) за незаконное уничтожение деревьев.

В связи с изложенным, дополнив исковые требования, прокурор просил взыскать с ответчиков в долевом порядке в возмещение вреда, причиненного окружающей среде, с М. – 10 302 100 рублей и ИП Н. – 43 731 100 рублей, в соответствии со ст. 933 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) и ст. 101 Закона Республики Беларусь «Об охране окружающей среды» (далее – Закон), стоимость незаконно добытой древесины с Н. в сумме 29 089 500 рублей.

Решением районного суда от 16 октября 2015 г. постановлено взыскать с ИП Н. в доход государства 72 622 700 рублей, и госпошлину в размере 3 631 100 рублей, с М. в доход государства взысканы 10 500 000 рублей и госпошлина 525 000 рублей.

В кассационной жалобе Н. просит об отмене решения суда, ссылаясь, что не осуществлял незаконную вырубку деревьев, соответствующие акты, подтверждающие незаконную вырубку, не составлялись, очистка кладбищ и реализация деревьев, полученных при очистке, производилась им с разрешения сельского исполнительного комитета, поэтому кассатор не должен нести материальную ответственность и возмещать стоимость древесины.

В кассационной жалобе М. просит решение суда отменить, ссылаясь, что в решении сельского исполнительного комитета содержалась просьба к ИП Н. об очистке кладбищ, что данное решение необоснованно использовано Н. для осуществления вырубки деревьев, в связи с чем кассатор не может нести материальную ответственность за причиненный вред.

Судебная коллегия находит, что решение суда подлежит изменению.

Согласно п. 1 ст. 933 ГК вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 101, ч. 1 ст. 1011 Закона вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению в полном объеме, если иное не установлено настоящей статьей, добровольно или по решению суда лицом, его причинившим.

Размер возмещения вреда, причиненного окружающей среде, определяется в соответствии с таксами для определения размера возмещения вреда, причиненного окружающей среде, установленными Президентом Республики Беларусь, а при их отсутствии – по фактическим затратам на восстановление нарушенного состояния окружающей среды с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды.

В силу ст. 75 Закона Республики Беларусь «О растительном мире» незаконно изъятые, удаленные юридическими лицами и гражданами дикорастущие растения, находившиеся в собственности Республики Беларусь, изымаются у них, обращаются в доход государства в порядке, установленном актами Президента Республики Беларусь и иными актами законодательства Республики Беларусь.

При невозможности изъятия указанных в части первой настоящей статьи дикорастущих растений, взыскивается их стоимость в размере и порядке, установленных законодательством Республики Беларусь.

Из материалов дела и дополнительно полученных материалов судом кассационной инстанции следует, что исполняющий обязанности председателя сельского исполнительного комитета М. инициировал перед сельским исполнительным комитетом принятие решения от 27 декабря 2013 г., в котором на обращение жителей деревень по поводу растущих деревьев на кладбищах и вокруг кладбищ, во время сильного ветра создающих угрозу ограждениям и надгробиям, содержится просьба к ИП Н. произвести выпиливание деревьев на кладбищах и возле кладбищ и в качестве расчета за выполненные работы выпиленные деревья использовать на дрова.

М. организовал удаление деревьев, передав Н. решение сельского исполкома и указав на месте деревья, подлежащие рубке.

В январе–феврале 2014 года Н., являясь индивидуальным предпринимателем с видом деятельности лесозаготовка, без заключения договора с сельским Советом и оформления иной документации, используя вышеуказанное решение, произвел вырубку на кладбищах и вокруг кладбищ деревень 216 деревьев разной породы, использовав древесину по своему усмотрению, при этом для рубки выбирал деревья на свое усмотрение.

Из протоколов осмотра территории вышеуказанных кладбищ, составленных в процессе ведения административного производства по поводу незаконного уничтожения деревьев специалистами городской и районной инспекции природных ресурсов и из сообщения суду кассационной инстанции землеустроительной службы райисполкома следует, что удаление объектов растительного мира имело место как на территории кладбищ, расположенных в границах сельских населенных пунктов, так и на территориях, примыкающих к кладбищам, расположенных за пределами населенных пунктов и относящихся к различным категориям земель.

Удаление деревьев на границах населенных пунктов произведено с нарушением требований Положения о порядке выдачи разрешений на удаление объектов растительного мира в населенных пунктах и разрешений на пересадку объектов растительного мира в населенных пунктах, утвержденного постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 25 октября 2011 г. № 1426, в частности без разрешения на удаление объектов растительного мира, выдаваемого райисполкомом, к компетенции которого отнесена выдача данных разрешений на территории района.

Решение сельского исполнительного комитета от 27 декабря 2013 г. помимо того, что не содержит по своему содержанию разрешения на удаление объектов растительного мира, а только просьбу, принято сельским исполкомом с превышением компетенции, без согласования с природоохранными органами и не может быть расценено как разрешение на удаление объектов растительного мира в населенных пунктах, выданное в соответствии с требованиями законодательства.

Не является данное решение законным разрешительным документом на удаление деревьев и за границами населенных пунктов, к коим относятся территории, примыкающие к кладбищам.

В соответствии с ч. 9 ст. 37 Закона «О растительном мире» удаление древесно-кустарниковой растительности, расположенной за границами населенных пунктов, осуществляется в порядке, установленным лесным законодательством Республики Беларусь.

В силу чч. 1, 2 ст. 43 Лесного кодекса Республики Беларусь лесопользование с заготовкой древесины допускается на основании лесорубочного билета, ордера и (или) лесного билета.

Таким образом, имело место незаконное удаление объектов растительного мира, чем причинен вред окружающей среде, и незаконное изъятие Н. древесины.

Суд пришел к обоснованному выводу, что ответственными за причинение вреда являются М. и Н., по вине которых причинен вред. Так М. инициировал перед сельским исполнительным комитетом принятие решения, явно выходящего за пределы компетенции сельского исполкома и нарушающего природоохранное законодательство, и организовал его исполнение, передав решение Н. и разрешив последнему произвести удаление деревьев, при этом работу Н. по удалению объектов растительного мира не контролировал.

Н., являясь с 2012 года индивидуальным предпринимателем и занимающийся лесозаготовками, зная о необходимости наличия соответствующих разрешительных документов, без таковых незаконно произвел удаление и изъятие объектов растительного мира, используя решение сельского исполнительного комитета для незаконной порубки деревьев. Кроме того, поскольку М. не помечал подлежащие удалению деревья, Н. сам решал какие удалять деревья, в результате чего были удалены сырорастущие деревья, не создающие угрозу памятникам, в том числе расположенные на значительном расстоянии от мест захоронений.

Оба ответчика привлечены к административной ответственности по ч. 3 ст. 15.22 КоАП.

Факт и объем незаконной порубки подтверждаются протоколами осмотра мест вырубки, составленными комиссионно специалистами городской и районной инспекции природных ресурсов при производстве административного процесса, материалами административных дел по ч. 3 ст. 15.22 КоАП в отношении М. и Н., уголовного дела, возбужденного по ч. 3 ст. 426 Уголовного кодекса Республики Беларусь, исследованными судом кассационной инстанции пояснениями специалистов городской и районной инспекции природных ресурсов и охраны окружающей среды К. и Б., участвующих в осмотрах мест вырубки и указавших, что количество спиленных деревьев определялось по свежесрезанным пням, древесина была сырая, в основном удалены самые толстые деревья, которые опасности захоронениям не представляли, сухие деревья в перечень удаленных не включались, как не включались спиленные давно деревья с потемневшими пнями.

Пояснения Н. в суде, как и доводы кассационной жалобы о том, что порубка деревьев осуществлялась не им, а имела место только уборка территории кладбищ от сухостоя, акты о незаконной порубке, подтверждающие его вину, не составлялись, являются несостоятельными, как опровергающиеся вышеуказанными доказательствами. Помимо того, сам Н., опрошенный по административному делу, признавал, что работы по выпиливанию деревьев по предложению М. им были выполнены на кладбищах деревень, что полученная древесина использована на дрова, аналогичные пояснения им даны и при производстве по уголовному делу, где он признавал выпиливание деревьев не только на кладбищах, но и на примыкающей территории с целью обеспечения проезда автокрана, частично признавал он вырубку деревьев, давая изначально пояснения в суде. О том, что Н. занимался выпиливанием деревьев и использовал древесину, указал ответчик М.

Из исследованных судом кассационной инстанции пояснений Ч., работника межрайонной инспекции охраны животного и растительного мира так же следует, что свидетель был очевидцем выпиливания деревьев Н. на кладбищах и прилегающей территории, где находилось много спиленных деревьев.

В отношении фактов причинения вреда окружающей среде на кладбищах был составлен соответствующий акт, копия которого имеется в материалах дела.

Все в совокупности приведенные доказательства свидетельствуют, что указанные в протоколах осмотров мест вырубки деревья были спилены и использованы ответчиком Н.

Н. не предоставлены доказательства об отсутствии его вины в уничтожении объектов растительного мира.

Не участие Н. при составлении акта об установлении факта причинения вреда и окружающей среде и при осмотре мест вырубки, отсутствие фиксации именно посредством составления акта об установлении факта причинения вреда окружающей среде в отношении вырубки деревьев на кладбищах сами по себе свидетельством отсутствия вины Н. в причинении вреда не являются, поскольку таковая установлена совокупностью вышеприведенных достоверных доказательств, а в силу ст. 101 Закона предусмотрена возможность фиксирования факта причинения вреда окружающей среде не только посредством соответствующих актов, но и государственными органами в соответствии с уголовно-процессуальным, процессуально-исполнительным законодательством об административных правонарушениях и иным законодательством Республики Беларусь.

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 18 декабря 2003 г. № 13 «О применении судами законодательства об ответственности за правонарушения против экологической безопасности и природной среды» при определении размера вреда судам следует руководствоваться таксами, установленными в соответствующих нормативных актах, действующими на день постановления решения.

Определяя размер вреда, суд указанное разъяснение не учел и руководствовался расчетом размера вреда с применением такс, действующих на момент обнаружения. По поручению суда кассационной инстанции специалистами областного комитета природных ресурсов и охраны окружающей среды и Гродненской областной инспекции охраны животного и растительного мира произведен расчет ущерба на момент вынесения судом решения, в соответствии с которым сумма ущерба составила 74 815 200 рублей.

Аналогичный расчет предоставлен городской и районной инспекцией природных ресурсов и охраны окружающей среды. Расчеты произведены в соответствии с таксами, утвержденными Указом Президента Республики Беларусь от 24 июня 2008 г. № 348 «О таксах для определения размера возмещения вреда, причиненного окружающей среде» и в порядке, определенном Положением о порядке исчисления размера возмещения вреда, причиненного окружающей среде, и сомневаться в их достоверности оснований не имеется.

Вместе с тем, расчет, предоставленный суду кассационной инстанции лесхозом, сделан на момент рассмотрения дела судом кассационной инстанции дела, противоречит достоверным вышеприведенным расчетам и в основу решения положен быть не может.

Исходя из обстоятельств причинения вреда, степени вины каждого из ответчиков, того, что М. сынициировал незаконную вырубку деревьев, организовал исполнение незаконного решения сельского исполкома, а Н., используя данное решение, непосредственно осуществляя незаконную порубку деревьев, в том числе, обязательного удаления которых не требовалось, использовал древесину по личному усмотрению, суд обоснованно ответственность по возмещению вреда определил в долевом порядке.

Однако, имеются основания для перераспределения размера ответственности с увеличением размера ущерба, подлежащего возмещению, с учетом роли каждого из ответчиков в причинении вреда, что М. фактически является организатором незаконной порубки, судебная коллегия исходит, что с М. надлежит взыскать в возмещение вреда 20 000 000 рублей, а с Н. – 54 815 200 рублей.

Поскольку Н. распорядился по своему усмотрению незаконно добытой древесиной и изъятие таковой невозможно, суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания с Н. в доход государства стоимости незаконно добытой древесины. Вместе с тем, судом неверно определена стоимость незаконно добытой древесины из дохода Н. от реализации им дров ЖКХ. Вопрос о взыскании ее стоимости должен решаться в порядке, предусмотренном постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 20 июля 2001 г. № 1073 «О взыскании стоимости незаконно добытой древесины и иной лесной продукции при невозможности их изъятия у юридических и физических лиц» с последующими изменениями.

При этом, в силу указанного Постановления не подлежит включению в данный расчет незаконно добытая древесина в границах территории населенных пунктов. Государственным лесохозяйственным учреждением «лесхоз» суду кассационной инстанции предоставлен расчет стоимости незаконно добытой древесины по таксовой стоимости на март 2016 года, то есть на день рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, тогда как стоимость незаконно добытой древесины необходимо определить на день вынесения судом решения, что соответствует 21 832 200 рублей. В связи с указанным взысканная по решению суда стоимость незаконно добытой древесины с Н. подлежит снижению с 29 089 500 рублей до 21 832 200 рублей.

В связи с вносимыми изменениями в решение суда надлежит внести изменения и в размер госпошлины, взысканной с ответчиков в доход государства.

Несостоятельны доводы кассационной жалобы Н. и в остальной части, так как сведений о фактах, которые опровергали бы выводы суда, не содержат и достоверными доказательствами не подтверждены.

Доводы кассатора, что решение сельского исполнительного комитета он расценивал как разрешительный документ, опровергаются материалами дела. Занимаясь лесозаготовительной деятельностью, кассатор не мог не знать полномочный орган и порядок выдачи разрешения на удаление объектов растительного мира. Более того, из содержания решения сельского исполкома однозначно следовало прошение, а не разрешение производства рубки деревьев.

Несостоятельны и доводы кассационной жалобы М. Несмотря на то что решение сельского исполнительного комитета от 27 декабря 2013 г. по своему содержанию не содержит разрешения на удаление объектов растительного мира, М. сынициировав принятие такого решения, принял меры к его исполнению, передав решение Н., поручив последнему произвести выпиливание деревьев, указав места порубки, тем самым организовал незаконную порубку. Данные действия находятся в непосредственной причинной связи с причиненным вредом окружающей среде и влекут материальную ответственность за причиненный вред.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 425 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь, судебная коллегия

 

определила:

 

Решение районного суда от 16 октября 2015 г. изменить. Увеличить сумму возмещения вреда, причиненного окружающей среде, подлежащую взысканию с М. с 10 500 000 рублей до 20 000 000 рублей, госпошлины в доход государства с 525 000 рублей до 1 000 000 рублей. Общую сумму возмещения вреда и стоимости незаконно добытой древесины, подлежащую взысканию с Н., увеличить с 72 622 700 рублей до 76 651 400 рублей, госпошлины в доход государства с 3 641 100 рублей до 3 832 570 рублей.

В остальной части решения суда оставить без изменения, а кассационные жалобы Н. и М. – без удовлетворения.