ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

9 июля 1997 г. № З-57/97

О соответствии пункта 3 раздела III «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь» Конституции и Международному пакту о гражданских и политических правах

Конституционный Суд Республики Беларусь в составе председательствующего – Председателя Конституционного Суда Василевича Г.А., судей Бойко Т.С., Воробья Г.А., Кеник К.И., Подгруши В.В., Саркисовой Э.А., Тиковенко А.Г., Филипчик Р.И., Шабайлова В.И., Шишко Г.Б.

с участием представителей Верховного Суда Республики Беларусь, внесшего предложение о проверке конституционности Закона от 17 мая 1997 года:

Пташника В.Н. – заместителя Председателя Верховного Суда Республики Беларусь;

Чубковца Ф.И. – судьи Верховного Суда Республики Беларусь;

представителей палат Национального собрания Республики Беларусь, принявшего Закон:

Ходневич Т.Н. – заместителя Председателя Комиссии по национальной безопасности Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь;

Мороза В.В. – начальника кафедры уголовного права и криминологии Академии МВД Республики Беларусь;

Сенюты Л.Я. – главного специалиста Экспертно-правового управления Секретариата Совета Республики Национального собрания Республики Беларусь;

экспертов:

Баркова А.В. – заведующего кафедрой уголовного права юридического факультета Белорусского государственного университета, кандидата юридических наук, доцента;

Лукашова А.И. – начальника кафедры раскрытия и расследования преступлений Академии МВД Республики Беларусь, кандидата юридических наук, доцента,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело «О соответствии пункта 3 раздела ІІІ «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь» Конституции и Международному пакту о гражданских и политических правах».

В судебном заседании приняли участие:

Сукало В.О. – Председатель Верховного Суда Республики Беларусь,

Киселев А.И. – заместитель Председателя Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь,

Ивановский А.В. – заместитель Генерального прокурора Республики Беларусь,

Воронцов Г.Н. – Министр юстиции Республики Беларусь.

Производство по делу возбуждено 11 июня 1997 года по предложению Верховного Суда Республики Беларусь на основании статьи 116 Конституции, статей 5 и 6 Закона «О Конституционном Суде Республики Беларусь» и статьи 44 Регламента Конституционного Суда.

Проверке подлежал пункт 3 раздела ІІІ «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь» («Звязда», 29 мая 1997 года).

Согласно указанному пункту вступившие в законную силу приговоры в отношении лиц, осужденных до введения в действие Закона от 17 мая 1997 года за совершение преступлений, перечисленных в статье 72, а также предусмотренных частями первой, второй и третьей статьи 87, частями первой, второй и третьей статьи 88, частью первой статьи 89, частями первой и второй статьи 90, частями первой и второй статьи 91, статьей 911, частями первой и второй статьи 93, статьей 94 и частью первой статьи 96 Уголовного кодекса Республики Беларусь, в связи с введением в действие данного Закона пересмотру не подлежат, за исключением случаев, если наказание назначено выше максимального предела, предусмотренного санкциями статей 87, 88 и 90 Уголовного кодекса Республики Беларусь в редакции данного Закона. В таких случаях пересмотр дел производится судами в порядке надзора по представлению органов, ведающих исполнением наказаний.

Закон от 17 мая 1997 года введен в действие со дня его опубликования.

В своем предложении о проверке конституционности пункта 3 раздела ІІІ «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь» Верховный Суд указал, в частности, на следующие обстоятельства.

Применение статьи 72 Уголовного кодекса в редакции названного Закона влечет устранение уголовной ответственности за ряд деяний либо изменение юридической квалификации на статьи или части статей Уголовного кодекса, предусматривающих более мягкое наказание. Такой закон в силу статьи 104 Конституции, пункта 1 статьи 15 Международного пакта о гражданских и политических правах, статьи 6 Уголовного кодекса имеет обратную силу, то есть распространяется на деяния, совершенные до его издания.

По мнению Верховного Суда, пункт 3 указанных Заключительных положений как ограничивающий применение закона, устраняющего наказуемость деяния или смягчающего наказание, по вступившим в законную силу приговорам в отношении лиц, осужденных до введения в действие данного Закона, противоречит статье 104 Конституции и пункту 1 статьи 15 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Заслушав представителей сторон, экспертов, свидетелей, изучив материалы дела, проанализировав положения Конституции, Международного пакта о гражданских и политических правах, Уголовного кодекса Республики Беларусь, других актов, Конституционный Суд установил следующее.

Законом Республики Беларусь от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь», в частности, изменены критерии квалификации некоторых преступлений в зависимости от размера похищенного или причиненного ущерба.

Так, мелким хищением имущества согласно статье 72 Уголовного кодекса в редакции данного Закона признается хищение на сумму, не превышающую десятикратного размера установленного минимума заработной платы на момент совершения преступления. До принятия этого Закона мелким хищением имущества признавалось хищение на сумму, не превышающую установленного минимума заработной платы на момент совершения преступления.

Крупным размером или крупным ущербом (крупным имущественным ущербом) при совершении преступлений, предусмотренных частью второй статьи 731, статьями 75, 842, частью второй статьи 85, частью третьей статьи 87, частью третьей статьи 88, частью второй статьи 89, частью третьей статьи 90, частью третьей статьи 91, частью третьей статьи 93, статьей 95, частью второй статьи 96, статьями 98, 1504, 1505, частью второй статьи 1506, частью первой статьи 151, частью второй статьи 153, частью второй статьи 1561, частью второй статьи 1562, частью первой статьи 160, частью первой статьи 1601, частью второй статьи 161, частью второй статьи 163, статьей 164, частью второй статьи 165, частью первой статьи 166, статьей 1661, частью первой статьи 167, частью второй статьи 169, частью второй статьи 203 Уголовного кодекса, считается размер либо ущерб, который в двести пятьдесят и более раз превышает установленную минимальную заработную плату на момент совершения преступления.

Особо крупным размером или особо крупным ущербом при совершении преступлений, предусмотренных частью третьей статьи 85, частью четвертой статьи 87, частью четвертой статьи 88, частью третьей статьи 89, частью четвертой статьи 90, частью четвертой статьи 91, частью третьей статьи 96, статьей 149, частью второй статьи 1503, частью второй статьи 151, частью второй статьи 160, частью второй статьи 1601, статьей 168, частью третьей статьи 169 Уголовного кодекса, считается размер, который в тысячу и более раз превышает установленную минимальную заработную плату на момент совершения преступления.

До принятия названного Закона крупным и особо крупным размерами признавались соответственно размеры, в сорок раз и более и сто раз и более превышающие установленную минимальную заработную плату на момент совершения преступления.

Законом от 17 мая 1997 года исключена также из Уголовного кодекса статья 911 об ответственности за хищение имущества в особо крупных размерах, в связи с чем в частях четвертых статей 87, 88, 90, 91 и в частях третьих статей 89 и 96 Уголовного кодекса особо крупный размер предусмотрен в качестве квалифицирующего признака.

В соответствии с частью шестой статьи 104 Конституции закон не имеет обратной силы, за исключением случаев, когда он смягчает или отменяет ответственность граждан.

Пунктом 1 статьи 15 Международного пакта о гражданских и политических правах предусматривается, что, если после совершения преступления законом устанавливается более легкое наказание, действие этого закона распространяется на данного преступника.

Согласно статье 6 Уголовного кодекса преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время совершения этого деяния. Закон, устраняющий наказуемость деяния или смягчающий наказание, имеет обратную силу, то есть распространяется также на деяния, совершенные до его издания. Закон, устанавливающий наказуемость деяния или усиливающий наказание, обратной силы не имеет.

Суд рассмотрел доводы представителей палат Национального собрания Республики Беларусь о том, что изменение критериев квалификации преступлений, перечисленных в статье 72 Уголовного кодекса Республики Беларусь, было обусловлено инфляционными процессами и что Закон от 17 мая 1997 года не смягчает и не отменяет ответственность граждан.

По мнению Суда, изменение указанных критериев обусловлено не только инфляцией, но и тем, что в последние годы имело место завышение степени общественной опасности некоторых корыстных деяний без учета реальной стоимости похищенного имущества или причиненного преступлением ущерба. Кроме того, при определении размеров кратности минимальной заработной платы, установленных Законом от 17 мая 1997 года, использованы различные подходы, не соответствующие росту индекса потребительских цен к росту минимальной заработной платы (кратность для мелкого хищения, крупного или особо крупного размера или ущерба увеличена соответственно в 10, 6 и более, 10 и более раз).

Суд приходит к выводу, что Законом от 17 мая 1997 года, направленным в целом на усиление уголовной ответственности, изменен подход к оценке степени общественной опасности некоторых деяний путем установления новых критериев квалификации преступлений в зависимости от размера похищенного или причиненного ущерба, в результате чего устраняется наказуемость за ряд деяний, признаваемых до принятия данного Закона преступлениями, а также смягчается наказание за некоторые преступления.

Так, совершенное впервые хищение имущества предприятия, учреждения, организации на сумму до десяти минимальных заработных плат в соответствии с Законом от 17 мая 1997 года не является преступлением, а квалифицируется как административное правонарушение. Хищение имущества путем кражи в крупных размерах может быть переквалифицировано с части четвертой статьи 87 Уголовного кодекса на другие части этой статьи, предусматривающие менее строгие наказания.

Суд считает, что Закон от 17 мая 1997 года должен иметь обратную силу, поскольку им устранена наказуемость за некоторые деяния, признаваемые до принятия этого Закона преступлениями, а также смягчено наказание за отдельные преступления.

Данный вывод подтверждается и нормой Закона от 17 мая 1997 года, сформулированной в пункте 2 Заключительных положений, согласно которой деяния лиц, совершивших до введения в действие данного Закона преступления, перечисленные в статье 72, а также предусмотренные частями первой, второй и третьей статьи 87, частями первой, второй и третьей статьи 88, частью первой статьи 89, частями первой и второй статьи 90, частями первой и второй статьи 91, статьей 911, частями первой и второй статьи 93, статьей 94 и частью первой статьи 96 Уголовного кодекса Республики Беларусь, а также по приговорам, не вступившим в законную силу на день введения в действие Закона, подлежат квалификации в соответствии с правилами статьи 6 Уголовного кодекса.

Вместе с тем наряду с признанием возможности применения положений статьи 6 Уголовного кодекса в результате изменения критериев квалификации некоторых преступлений в зависимости от размера похищенного имущества или причиненного преступлением ущерба Законом от 17 мая 1997 года в соответствии с пунктом 3 Заключительных положений исключено применение правила обратной силы закона к лицам, отбывающим наказание за те же преступления, которые указаны в пункте 2 Заключительных положений.

Таким образом, действие правила обратной силы уголовного закона поставлено в зависимость от того, вступил или не вступил вынесенный приговор в законную силу.

Суд также отмечает, что в результате исключения Законом от 17 мая 1997 года из Уголовного кодекса статьи 911 и введения в части четвертые статей 87, 88, 90, 91 и в часть третью статьи 89 Уголовного кодекса особо крупного размера в качестве квалифицирующего признака смягчено наказание за хищение в особо крупных размерах, совершенное путем кражи, грабежа и другими способами, несмотря на изменения Законом критериев квалификации хищения, поскольку нижний предел лишения свободы снижен с 10 до 7 лет за хищение в особо крупных размерах путем кражи, грабежа и мошенничества и с 10 до 8 лет – за хищение в особо крупных размерах путем присвоения, растраты или злоупотребления служебным положением, а также за разбой, направленный на завладение имуществом в особо крупных размерах.

Смягчение ответственности за хищение имущества в особо крупных размерах может иметь место и при переквалификации содеянного со статьи 911 на соответствующие части статей 87, 88, 89, 90 и 91 Уголовного кодекса, так как размеры похищенного имущества, например, путем кражи и грабежа, не будут соответствовать размерам, исчисленным ранее при квалификации всех совершенных деяний независимо от способа хищения по статье 911 Уголовного кодекса как за единое преступление.

Таким образом, Закон от 17 мая 1997 года смягчает ответственность не только в связи с изменением критериев квалификации хищения имущества в особо крупных размерах, но и по изложенным основаниям.

Ни Конституция, ни Международный пакт о гражданских и политических правах, ни Уголовный кодекс не предусматривают возможности изъятий из правила обратной силы закона, смягчающего или отменяющего ответственность граждан.

Суд, основываясь на анализе положения части шестой статьи 104 Конституции, считает, что конституционная норма об обратной силе закона, смягчающего или отменяющего ответственность граждан, распространяется и на лиц, отбывающих наказание за совершенные преступления.

Такое понимание правила обратной силы закона закреплено и в статье 43 Рекомендательного законодательного акта «О нормативных правовых актах государств – участников СНГ», одобренного Межпарламентской Ассамблеей государств – участников СНГ 13 мая 1995 года, а также в статье 12 Модельного уголовного кодекса для государств – участников СНГ, принятого Межпарламентской Ассамблеей государств – участников СНГ 17 февраля 1996 года, в которой, в частности, указывается, что закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующее деяние до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание.

В пункте 2 статьи 4 Международного пакта о гражданских и политических правах указано, что даже чрезвычайное положение в государстве, при котором жизнь нации находится под угрозой и о наличии которого официально объявляется, не может служить основанием для каких-либо отступлений от ряда статей Пакта, в том числе и от статьи 15, закрепившей правило обратной силы уголовного закона, устанавливающего более легкое наказание.

Пунктом 1 статьи 2 названного Пакта предусмотрено, что каждое участвующее в данном Пакте государство обязуется уважать и обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в данном Пакте, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства.

Согласно статье 8 Конституции Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства.

В соответствии со статьей 21 Конституции обеспечение прав и свобод граждан Республики Беларусь является высшей целью государства. Государство гарантирует права и свободы граждан Беларуси, закрепленные в Конституции, законах, и предусмотренные международными обязательствами государства.

С учетом изложенного Суд приходит к выводу, что пункт 3 раздела ІІІ «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года в части ограничения действия обратной силы уголовного закона в отношении лиц, осужденных за преступления, перечисленные в этом пункте, и приговоры в отношении которых вступили в законную силу, не соответствует статьям 8, 21, 104 Конституции, статьям 2, 4 и 15 Международного пакта о гражданских и политических правах, ратифицированного Республикой Беларусь, и не согласуется со статьей 6 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Суд также обращает внимание, что в Заключительных положениях Закона следовало бы решить вопросы, касающиеся порядка пересмотра дел в соответствии со статьей 6 Уголовного кодекса, в том числе и о круге субъектов, правомочных инициировать пересмотр таких дел в порядке надзора на основании статьи 6 Уголовного кодекса.

Изучение нормотворческой практики в Республике Беларусь свидетельствует, что порядок пересмотра уголовных дел определялся в постановлениях Верховного Совета Республики Беларусь о введении в действие принимаемых законов (Постановление Верховного Совета Республики Беларусь от 23 апреля 1992 года «О введении в действие Закона Республики Беларусь «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Беларусь», Постановление Верховного Совета Республики Беларусь от 1 марта 1994 года «О порядке введения в действие Закона Республики Беларусь «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Республики Беларусь и некоторые другие законодательные акты Республики Беларусь»).

Исследование материалов дела в судебном заседании свидетельствует также о неоднозначном понимании Закона в части, касающейся придания ему обратной силы, исходя из различных подходов к оценке похищенного имущества, причиненного ущерба и их влияния на квалификацию преступления.

Суд одновременно отмечает, что вопрос о применении статьи 6 Уголовного кодекса должен решаться в установленном порядке общими судами в соответствии с их компетенцией при пересмотре конкретных дел с учетом всех обстоятельств.

На основании изложенного и руководствуясь статьей 116 Конституции, статьями 5, 6, 36, 38, 40 и 43 Закона «О Конституционном Суде Республики Беларусь», Конституционный Суд РЕШИЛ:

1. Признать не соответствующим Конституции Республики Беларусь и Международному пакту о гражданских и политических правах пункт 3 раздела ІІІ «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь» в части недопущения пересмотра вступивших в законную силу приговоров в отношении лиц, осужденных до введения в действие данного Закона за совершение преступлений, перечисленных в статье 72, а также предусмотренных частями первой, второй и третьей статьи 87, частями первой, второй и третьей статьи 88, частью первой статьи 89, частями первой и второй статьи 90, частями первой и второй статьи 91, статьей 911, частями первой и второй статьи 93, статьей 94 и частью первой статьи 96 Уголовного кодекса, в соответствии с правилами статьи 6 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Считать его в этой части не имеющим юридической силы с 30 октября 1997 года.

2. Предложить Палате представителей и Совету Республики Национального собрания Республики Беларусь до 30 октября 1997 года привести пункт 3 раздела ІІІ «Заключительные положения» Закона от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь» в соответствие с Конституцией и Международным пактом о гражданских и политических правах, решив вопросы, касающиеся пересмотра дел в соответствии со статьей 6 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

3. Опубликовать настоящее Заключение в десятидневный срок со дня принятия в «Ведамасцях Нацыянальнага сходу Рэспублікі Беларусь», «Народнай газеце» и «Звяздзе», а также в тех изданиях, где опубликован Закон Республики Беларусь от 17 мая 1997 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь».

4. Настоящее Заключение вступает в силу со дня принятия, является окончательным, обжалованию и опротестованию не подлежит.

 

Председательствующий –
Председатель Конституционного Суда
Республики Беларусь

Г.А.Василевич