− 
 − 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

 

09.02.2016

Дело № 261-8/2015

г. Могилев

 

Экономический суд Могилевской области, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Ф» (далее – ООО «Ф») к закрытому акционерному обществу «Банк» (далее – ЗАО «Банк») о признании недействительной сделки, третье лицо на стороне ответчика, не заявляющее самостоятельных требований, – индивидуальный предприниматель З. (далее – ИП З.), при участии представителей

 

установил:

 

Иск заявлен о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 03.09.2014, согласно которому продавец (ООО «Ф») обязуется передать покупателю (ЗАО «Банк») автомобиль марки Volvo XC 60 (целью приобретения являлась последующая передача автомобиля в финансовую аренду (лизинг) ИП З.). Указанный автомобиль согласно акту приема-передачи от 03.09.2014 был передан истцом ответчику.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме. В качестве оснований исковых требований поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, указав на то, что сделка совершена в течение одного года с момента возбуждения (06.04.2015) конкурсного производства в отношении ООО «Ф». Полагает, что должник умышленно нанес вред интересам кредиторов, а другие стороны знали или должны были знать об этом. Ссылается на наличие у должника на дату совершения указанной сделки кредиторской задолженности по выплате заработной платы работникам, по обязательному страхованию, налогам. Обращает внимание, что З. не мог не знать, что такими действиями будет нанесен ущерб имущественным правам и интересам кредиторов. Также ссылается на то, что и ответчик не мог не знать, совершая такую сделку, что нанесет вред интересам кредиторов. Обращает внимание, что согласно данным ГАИ собственником автомобиля является ООО «Ф». З. на основании доверенности, выданной ему ЗАО «Банк», не смог произвести регистрационные действия, поскольку на автомобиль был наложен арест службой судебных исполнителей. Ответчик не мог не знать о таком факте, вместе с тем он заключил договор финансового лизинга с ИП З. автотранспортного средства, ему не принадлежащего. В дополнение к отзыву отметил, что ЗАО «Банк» знало о том, что посредством заключения и исполнения договора купли-продажи от 03.09.2014 умышленно наносит вред иным кредиторам. Считает, что действия ЗАО «Банк» по исполнению договора купли-продажи от 03.09.2014 являются неправомерными, т.к. нарушили порядок зачисления денежных средств, нанесли ущерб клиенту, произведено неправомерное удержание денежных средств клиента ввиду следующего: ЗАО «Банк» неправомерно зачислило денежные средства на счет 3819 – счет на временной основе по учету кредитной задолженности (ни законодательством, ни договором, ни поручением клиента не предусмотрено данное зачисление); ЗАО «Банк» обязано было после зачисления денежных средств на временной основе по учету кредитной задолженности 3819 перечислить денежные средства на основной текущий расчетный счет клиента (по данному счету осуществляются платежи согласно очередности, предусмотренной Инструкцией о банковском переводе, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 29.03.2001 № 66 (далее – Инструкция № 66)) и только после этого произвести исполнение обязательств по кредитному договору от 16.08.2013. ЗАО «Банк», минуя основной текущий расчетный счет клиента (на котором лежал арест), перечислило денежные средства на счет 2-го класса, который не был арестован, уклонилось от исполнения постановления судебного исполнителя и получило преимущественное удовлетворение требования.

Указывает, что между ООО «Ф» и ЗАО «Банк» заключен договор купли-продажи от 03.09.2014 автомобиля Volvo ХС 60 2009 года выпуска, согласно пункту 2.3 которого моментом оплаты является день зачисления денег на счет продавца. В реквизитах продавца в данном договоре указан р/с 3819002345987 в ЗАО «Банк», который в соответствии с подпунктом 36.2 пункта 36 Инструкции о порядке применения Плана счетов бухгалтерского учета в банках и небанковских кредитно-финансовых организациях Республики Беларусь, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 29.08.2013 № 506, предназначен для учета средств в расчетах по операциям с клиентами и является банковским счетом для учета средств на временной основе (т.е. он промежуточный, не принадлежит ООО «Ф»). Остатки средств на счетах подлежат регулярному анализу и зачислению на соответствующие счета по назначению в соответствии с договорами и законодательством.

На момент осуществления платежа (03.09.2014) был наложен арест на текущий счет клиента постановлением отдела принудительного исполнения облисполкома от 18.07.2014 (постановлением судебного исполнителя).

В случае если бы денежные средства поступили бы на счет (расчетный, текущий) ООО «Ф» в ЗАО «Банк», то они подлежали бы списанию согласно постановлению судебного исполнителя.

Согласно статье 127 Банковского кодекса Республики Беларусь (далее – БК) при наложении ареста на денежные средства и иное имущество физического и юридического лица, находящиеся на счетах, во вкладах (депозитах) или на хранении в банке, банк прекращает все расходные операции по счетам этого лица и возврат имущества этого лица в пределах имущества, на которое наложен арест, если иное не предусмотрено законодательными актами Республики Беларусь или соответствующим решением уполномоченного государственного органа (должностного лица) о наложении ареста.

Согласно пункту 2 Инструкции № 66 банковский перевод – последовательность операций по исполнению платежной инструкции плательщика или бенефициара (взыскателя), в соответствии с которой один банк (банк-отправитель) направляет другому банку (банку-получателю) межбанковское платежное поручение о перечислении предоставленной суммы денежных средств в пользу указанного бенефициара.

Клиент (ООО «Ф») указания перечислять денежные средства на счет по учету кредитной задолженности (2-й класс) не давал.

Несмотря на данное обстоятельство, ЗАО «Банк» своим мемориальным ордером самостоятельно, без распоряжения клиента (ООО «Ф») перечислило денежные средства по договору на банковский счет для учета средств на временной основе по учету кредитной задолженности 3819, в дальнейшем самостоятельно, минуя основной текущий расчетный счет клиента (на котором лежал арест), перечислило денежные средства на счет 2-го класса, который не был арестован, уклонилось от исполнения постановления судебного исполнителя, тем самым нарушив статьи 127, 231 БК. В действиях ЗАО «Банк» усматриваются признаки административного правонарушения, предусмотренного статьей 24.9 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях, считает, что возникло право предъявить требование ООО «Ф» к ЗАО «Банк» согласно статье 135 БК, статьям 48, 52 Налогового кодекса Республики Беларусь.

Банк не имел права осуществлять данную банковскую операцию, совершая денежное перечисление, умышленно нанес вред кредиторам, т.к. не мог не знать о наличии иной кредиторской задолженности, выставленной к основному текущему расчетному счету.

Дополнительно отметил, что указанное выше транспортное средство в активе должника составляло 67,6 % от всего актива должника (общая стоимость актива должника – 362 409 128 рублей). В обоснование своей позиции отметил, что руководитель ООО «Ф» З. являлся поручителем в обеспечение исполнения кредитного договора от 16.08.2013 и именно З. обратился в банк с предложением заключить договор купли-продажи с последующим заключением договора лизинга. Кроме того, отметил, что З. знал о наличии ограничений на расчетном счете, об аресте имущества, но не предпринял никаких мер по расторжению договора или изменению его условий в части оплаты посредством перечисления денежных средств на текущий расчетный счет должника. При этом на дату перечисления денежных средств существовала задолженность по заработной плате и в Фонд социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты. О наличии ограничений по расчетному счету также знал и банк, поскольку в банке к счету имелся запрет судебного исполнителя.

Представители ответчика в судебном заседании заявленные требования не признали по мотивам, изложенным в отзыве на иск. Считают их необоснованными, поскольку истцом не представлено доказательств, что общество (истец) имело умысел не погашать требования иных кредиторов, поскольку наличие кредиторской задолженности не может быть основанием для подобного вывода. Обратили внимание суда, что договор купли-продажи предмета лизинга не может заключаться ранее договора лизинга, поскольку обязанность лизингодателя по рассмотрению предмета лизинга основана именно на договоре лизинга. Предмет лизинга был банком оплачен и передан ИП З. в лизинг согласно акту приема-передачи основных средств, выдана доверенность на осуществление регистрационных действий. Отмечают, что право собственности на автомобиль перешло в момент передачи вещи, а не связано с регистрацией транспортного средства в ГАИ. В дополнение к отзыву отметили следующее.

Согласно абзацу 3 части 1 статьи 109 Закона Республики Беларусь от 13.07.2012 № 415-З «Об экономической несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки должника, в том числе совершенные должником до момента открытия в отношении его конкурсного производства, по иску управляющего признаются хозяйственным судом недействительными в случае, если они были совершены в течение одного года до начала производства по делу об экономической несостоятельности (банкротстве) или после возбуждения хозяйственным судом производства по делу об экономической несостоятельности (банкротстве), если этими сделками должник умышленно нанес вред интересам кредиторов, а другие стороны знали или должны были знать об этом.

В соответствии с частью 2 пункта 8 постановления Президиума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 28.04.2010 № 14 «О некоторых вопросах признания недействительными сделок должника в деле об экономической несостоятельности (банкротстве)» для признания недействительной сделки должника по указанному основанию экономическому суду необходимо установить: совершена ли сделка в течение одного года до начала производства по делу об экономической несостоятельности (банкротстве); причинен ли сделкой вред имущественным правам кредиторов; преследовал ли должник цель причинить вред имущественным правам кредиторов; были ли осведомлены другие участники такой сделки к моменту ее совершения о цели должника.

Ответчик считает, что в рассматриваемом деле отсутствуют в совокупности все вышеуказанные факты, необходимые для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 109 Закона о банкротстве, по следующим основаниям.

Совершенная сделка не нанесла вреда имущественным правам других кредиторов. Считает, что истцом не доказано, в чем выражается нанесение вреда имущественным правам других кредиторов и интересы каких именно кредиторов были нарушены совершением сделки между истцом и ответчиком.

Между истцом (кредитополучатель) и ответчиком (банк) заключен кредитный договор от 16.08.2013. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между истцом и ответчиком был заключен договор залога от 16.08.2013, по которому ответчик предоставил под залог имущество – автомобиль Volvo ХС 60.

Согласно статье 315 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами.

В соответствии с пунктом 118 Инструкции по исполнительному производству в хозяйственных судах Республики Беларусь, утвержденной постановлением Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 26.11.2009 № 21, в случае отсутствия на исполнении судебных постановлений об обращении взыскания на заложенное имущество в пользу залогодержателя обращение взыскания на это имущество по другим исполнительным документам допускается при отсутствии у должника иного имущества, достаточного для погашения долга.

Соответственно, ответчик имел преимущественное право перед другими кредиторами на удовлетворение своих требований за счет реализованного предмета залога, при этом задолженность перед другими кредиторами могла быть погашена за счет предмет займа при условии отсутствия иного имущества.

Таким образом, сделка не могла нанести вреда имущественным правам кредиторов, обязательства перед которыми не были обеспечены залогом автомобиля (кроме ответчика подобных кредиторов не имелось).

Кроме того, отмечает, что к требованиям кредиторов, относящимся к более ранней очереди (при удовлетворении требований кредиторов в рамках исполнительного производства и банкротства), относятся требования, вытекающие из обязательств перед бюджетом (налоги, обязательные платежи), по выплате заработной платы.

Однако о наличии у ответчика задолженности по уплате налогов стало известно только по результатам акта выездной плановой проверки от 08.05.2015.

Соответственно, на момент совершения договора ответчик и истец не могли знать о задолженности перед бюджетом, соответственно, вред имущественным правам данного кредитора не мог быть нанесен.

Ответчик отмечает, что, как указано истцом в исковом заявлении, по состоянию на 03.09.2014 к кредиторам более высокой очереди относятся Ч. (задолженность по заработной плате в размере 16 432 210 рублей) и РУП «Белгосстрах» (задолженность по обязательному страхованию на сумму 5 216 398 рублей).

Полагает (исходя из суммы указанных требований в размере 21 648 608 рублей), что данная задолженность является незначительной и могла бы быть погашена за счет иного имущества истца, а не исключительно за счет средств, полученных от реализации автомобиля.

Поскольку истец прекратил осуществлять хозяйственную деятельность 01.12.2014, ответчик полагает, что, соответственно, в период с 4 сентября по 1 декабря 2014 г. истец мог погашать задолженность перед кредиторами за счет поступающих на счет денежных средств (у истца открыты счета в трех банках).

Помимо этого, истцу принадлежит автокран грузовой специальный МАЗ-500, который включен в конкурсную массу, за счет которого могли быть погашены требования кредиторов.

Согласно представленным истцом при заключении договора поручительства финансовым сведениям у истца имелась дебиторская задолженность в размере 1357 миллионов белорусских рублей. Соответственно, требования кредиторов могли быть погашены и за счет нее.

Таким образом, помимо автомобиля у истца имелось и иное имущество, за счет которого могли быть погашены требования других кредиторов, а соответственно, в этом случае продажа автомобиля и погашение задолженности перед ответчиком не могли нанести вреда имущественным правам других кредиторов.

Отмечает, что даже если истец имел цель причинить вред имущественным правам кредиторов совершением сделки, то ответчик не знал и не мог знать об этом.

В соответствии со статьей 391 ГК условия договора определяются по усмотрению сторон в порядке и пределах, предусмотренных законодательством.

Указав в договоре счет № 3819002345987, стороны определили данное условие в качестве существенного по своему обоюдному волеизъявлению. Данное условие не противоречит законодательству.

В связи с этим денежные средства, причитающиеся истцу по договору, были перечислены ответчиком на указанный счет. Тем самым ответчик исполнил условия договора, а не умышленно воспрепятствовал перечислению денежных средств на иные счета, чтобы они не были получены другими кредиторами.

Ссылается на то, что ответчик не знал о том, что истец является устойчиво неплатежеспособным.

При заключении между истцом и ответчиком договора поручительства истцом были представлены финансовые сведения на 25.08.2014, в которых истец не указал, что имеет задолженность по выплате заработной платы, внесению платежей за социальное страхование.

Общая сумма просроченной кредиторской задолженности составляла чуть более 80 миллионов белорусских рублей при дебиторской задолженности в размере 1357 миллионов белорусских рублей. Иных сведений к ответчику не поступало.

Ответчик не мог и не обязан был знать о наличии у истца задолженности по уплате налогов (было установлено значительно позже), выплате заработной платы (такие сведения истцом ему не были сообщены).

На основании изложенного полагает, что все выводы истца о том, что ответчик знал о том, что сделкой будет нанесен вред, являются необоснованными и надуманными и отсутствуют основания для признания договора недействительным в соответствии со статьей 109 Закона о банкротстве. Просит отказать ООО «Ф» в удовлетворении иска. Дополнительно отметил, что 21.07.2014 ОПИ УПИ ГУЮ облисполкома был наложен запрет на совершение регистрационных действий в отношении указанного выше автомобиля. 18.12.2014 судом района г. Могилева на указанный автомобиль был наложен арест. Таким образом, автомобиль был приобретен банком до того, как стало известно о примененной мере обеспечения. Со ссылкой на статью 502 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь отмечает, что запрет на совершение регистрационных действий не препятствует совершению сделок по распоряжению имуществом, а делает невозможным переоформление сведений о его собственнике. Со ссылкой на положения статьи 165 ГК, Указа Президента Республики Беларусь от 15.10.2007 № 504 «О некоторых мерах по упорядочению сделок по отчуждению транспортных средств» указывает, что действующее законодательство не предусматривает обязательную регистрацию договора купли-продажи.

Также ссылается на то, что совершенной сделкой не был нанесен вред имущественным правам других кредиторов, поскольку у общества имелось другое имущество, за счет которого могла быть совершена сделка, в частности автокран грузовой специальный МАЗ-500, иное имущество, и дебиторская задолженность. О наличии задолженности по налогам за период с 2012 по 2014 год стало известно лишь после проведения налоговой проверки в 2015 году. Отмечает, что продажа автомобиля как заложенного имущества и погашение задолженности перед ответчиком по кредитному договору одновременно с наличием небольшой задолженности перед работником и бюджетом, которая могла быть погашена за счет другого имущества, не обремененного правами третьих лиц, не может расцениваться как нанесение вреда имущественным правам кредиторов. Также отмечает, что представителем истца не доказано, что при совершении сделки у истца была цель причинить вред имущественным правам кредиторов. Дополнительно просил учесть, что осведомленность ответчика о приостановлении операций по счетам истца не подтверждает того, что ему было известно о том, что сделкой может быть нанесен вред имущественным правам кредиторов, поскольку у истца имелась дебиторская задолженность.

Третье лицо на стороне ответчика, не заявляющее самостоятельных требований, – ИП З. в судебном заседании 18.01.2016 указало, что не имело цели причинить вред интересам кредиторов, направляло кредитные деньги на организацию производства, отметив, что предложение о заключении договора лизинга и договора купли-продажи исходило от ЗАО «Банк», должностные лица которого и составляли проекты договоров. Письменного отзыва ИП З. на иск не представил, после объявленного перерыва в судебное заседание не явился. Также не явился в судебное заседание после отложения слушания дела на другую дату. Направил ходатайство о рассмотрении дела без его участия. Никаких иных письменных пояснений суду не представил.

Истцом в дополнение к иску представлены сведения о кредиторской задолженности истца на дату совершения данной сделки в размере 4 495 100 703 рубля с указанием очередности платежей.

Заслушав пояснения представителей сторон, третьего лица, допросив в судебном заседании в качестве свидетеля Ч., исследовав все имеющиеся доказательства по делу, материалы исполнительных производств № 5-8714/14, 5-13017Ап/14, 5-7162/14, 5-12661/14, 5-140Ап/15, 5-11161/14, суд пришел к следующим выводам.

Определением экономического суда Могилевской области № 40-10/Б/2015 от 06.04.2015 по заявлению кредитора (ИМНС по району г. Могилева) возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Ф», открыто конкурсное производство. Антикризисным управляющим назначено ЧКУП «А». Решением суда № 40-10/Б/2015 от 10.07.2015 ООО «Ф» признано банкротом, открыто ликвидационное производство.

Согласно представленным суду сведениям ЗАО «Банк» от 16.01.2016 задолженность ООО «Ф» перед ЗАО «Банк» по кредитному договору от 16.08.2013 по состоянию на 03.09.2014 составляла: просроченная задолженность по основному долгу – 158 876 174 рубля, по просроченным процентам – 79 616 207 рублей, задолженность по пене – 620 680 рублей.

03.09.2014 между ЗАО «Банк» и ООО «Ф» заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого продавец (ООО «Ф») обязуется передать покупателю (ЗАО «Банк») в собственность автомобиль марки Volvo XC 60, а покупатель – оплатить указанный автомобиль. Целью приобретения являлась последующая передача в финансовую аренду (лизинг) ИП З.

Сторонами согласована цена автомобиля – 21 000 долларов США, что по курсу Национального банка Республики Беларусь на дату заключения договора составляло 219 240 000 рублей (пункт 2.1 договора).

В силу пунктов 2.2, 2.3 договора покупатель обязывался оплатить товар не позднее 04.09.2014 на счет продавца.

Пунктом 5.1 договора стороны предусмотрели, что право собственности на товар переходит в момент передачи товара покупателю (подписания акта приема-передачи и накладной).

В реквизитах сторон договора указан счет № 3819002345987 в ЗАО «Банк».

Указанный автомобиль согласно акту приема-передачи в день заключения договора (03.09.2014) был передан истцом ответчику согласно акту приема-передачи и ТН от 03.09.2014, в этот же день заключен договор финансовой аренды (лизинга), согласно которому автомобиль передается в лизинг ИП З.

Ответчиком в этот же день (03.09.2014) платежным ордером на счет № 3819002345987 была перечислена сумма в размере 219 240 000 рублей.

Данный счет не является счетом продавца (ООО «Ф»), что не отрицается и самим ответчиком. Согласно представленной ответчиком суду информации от 13.01.2016 счет № 3819002345987 не принадлежит ООО «Ф», является счетом ЗАО «Банк» (для осуществления расчетов по погашению кредитов) и относится к счету типа 3819. Счет типа 3819 открывается банком под каждый заключаемый с клиентом кредитный договор.

Заместителем начальника управления принудительного исполнения – начальником отдела принудительного исполнения главного управления юстиции облисполкома А. 18.07.2014 приостановлены полностью операции по текущим (расчетным) счетам и иным банковским счетам ООО «Ф», относящимся к классу 3 Плана счетов бухгалтерского учета в банках, открытым в ЗАО «Банк», за исключением операций, связанных с осуществлением платежей в бюджет, в том числе в государственные бюджетные и государственные внебюджетные фонды, ФСЗН, по обязательствам должника. Запрещено открывать новые текущие и иные банковские счета, относящиеся к классу 3 Плана счетов. Указанное постановление службы исполнения судебных постановлений поступило ответчику 24.07.2014.

Согласно выписке из расчетного счета ООО «Ф» в ЗАО «Банк» по состоянию на 02.09.2014 имелась картотека неуплаченных платежей на сумму 44 636 593 рубля (задолженность по страховым взносам, дебиторская задолженность). Также имелась задолженность по заработной плате и окончательному расчету перед Ч. за период с апреля по июнь 2014 года в размере 16 432 210 рублей.

Статьей 154 ГК определено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК сделка является недействительной по основаниям, установленным данным Кодексом либо иными законодательными актами, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с абзацем 3 части 1 статьи 109 Закона о банкротстве сделки должника, в том числе совершенные должником до момента открытия в отношении его конкурсного производства, по иску управляющего признаются экономическим судом недействительными в случае, если они были совершены в течение одного года до начала производства по делу об экономической несостоятельности (банкротстве) или после возбуждения хозяйственным судом производства по делу об экономической несостоятельности (банкротстве), если этими сделками должник умышленно нанес вред интересам кредиторов, а другие стороны сделок знали или должны были знать об этом.

Согласно пункту 27 Инструкции о порядке проведения расчетов с текущих (расчетных) банковских счетов в белорусских рублях в очередности, установленной законодательством, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 29.03.2001 № 63 (в ред. от 05.05.2014), платежные требования без акцепта плательщика, оформленные на основании решений (распоряжений, постановлений) налоговых органов, органов Фонда социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты о взыскании денежных средств по платежам, предусмотренным в пункте 19 данной Инструкции, в случае отсутствия либо недостаточности денежных средств на текущем счете, а также при бронировании денежных средств для платежей в счет неотложных нужд и (или) на выплату заработной платы в пределах установленного минимума в неоплаченной сумме приходуются в картотеку и исполняются банками в календарной очередности их поступления после бронирования в полном размере и осуществления платежей в счет неотложных нужд, выдачи (перечисления) заработной платы в пределах установленного минимума.

Наличие картотеки к расчетному счету истца на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи подтверждается материалами дела и не оспаривается ответчиком.

С учетом изложенных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что ответчик достоверно знал о наличии у истца задолженности перед кредиторами с приоритетной очередностью проведения платежей, вместе с тем перечислил денежные средства в целях погашения задолженности по кредитному договору между ЗАО «Банк» и ООО «Ф», минуя расчетный счет истца, по которому были приостановлены операции и имелась картотека по платежам в ФСЗН.

Что касается довода ответчика о том, что у истца кроме указанного выше автотранспортного средства имелось другое имущество, то суд не находит его убедительным, поскольку согласно списку имущества и долгов ООО «Ф», кроме указанного ликвидного легкового автомобиля марки Volvo XC 60, не занятого в производстве, остаточной стоимостью 245 055 460 рублей, оставшееся имущество являлось офисным, необходимым для организации работы (компьютер, стул, кулер, шкаф, секционный блок и т.д. – всего на сумму 18 773 668 рублей). Что касается автокрана грузового специального МАЗ-500 остаточной стоимостью 98 580 000 рублей, то данное транспортное средство использовалось в производственной деятельности предприятия (строительство зданий – такой вид деятельности общества отражен в акте налоговой проверки от 08.05.2015). Кроме того, на указанный автомобиль судебным исполнителем 21.07.2014 в ГАИ выдано предписание о запрете на совершение регистрационных действий.

В части ссылки ответчика на то, что он имел право на преимущественное удовлетворение требований, поскольку спорный автомобиль был предметом залога по кредитному договору, то суд указанный довод не может принять во внимание, поскольку в силу положений статьи 330 ГК требования залогодержателя (кредитора) удовлетворяются из стоимости заложенного имущества по решению суда. Удовлетворение требования залогодержателя за счет заложенного имущества без обращения в суд допускается на основании нотариально удостоверенного соглашения залогодержателя с залогодателем, заключенного до либо после возникновения установленных законодательством оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 указанной статьи. При этом в таком соглашении должно содержаться условие о предоставлении права залогодателю, либо залогодержателю, либо иному лицу по выбору сторон осуществить от имени залогодателя продажу заложенного имущества в случае обращения взыскания на заложенное имущество для удовлетворения требования залогодержателя и не может предусматриваться переход права собственности на заложенное имущество к залогодержателю. Такое соглашение может быть признано судом недействительным по иску лица, чьи права нарушены этим соглашением.

Доказательств обращения ответчика в суд об обращении взыскания на заложенное имущество, нотариально удостоверенного соглашения суду не представлено.

Что касается дебиторской задолженности истца, то суду не представлено достаточных, достоверных и убедительных доказательств возможности оплаты возникшей задолженности за счет средств дебиторов на дату заключения оспариваемой сделки.

Также суд приходит к выводу, что директор ООО «Ф» З. достоверно знал о наличии задолженности перед кредиторами с более ранней очередностью удовлетворения требований (заработная плата, платежи в ФСЗН) и при наличии ограничений на текущем расчетном счете не обеспечил поступление денежных средств именно на расчетный счет общества с целью погашения имеющейся кредиторской задолженности.

При этом суд учитывает, что ответчик, зная, что у ООО «Ф» возникали проблемы со своевременным погашением кредита, вместе с тем согласился на предложенный З. порядок его погашения и при этом погасил задолженность по кредитному договору. Ответчик также располагал и заключением управления безопасности о том, что ООО «Ф» имело отрицательную кредитную историю и ограничения по расчетному счету.

Иные доводы сторон не оказывают влияния на установленные судом обстоятельства дела, оценку представленных доказательств и правовую квалификацию возникших между ними правоотношений в рамках заключенного договора купли-продажи.

На основании изложенного суд приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных абзацем 3 части 1 статьи 109 Закона о банкротстве, для признания недействительным договора купли-продажи от 03.09.2014, заключенного между ООО «Ф» и ЗАО «Банк», а следовательно, об обоснованности требований истца и их удовлетворении.

Поскольку истец при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию в республиканский бюджет 1 800 000 рублей государственной пошлины.

Руководствуясь частями 1, 2 и 5 статьи 9, частью 1 статьи 133, статьями 190–194, 203, 204 и 207 Хозяйственного процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ХПК), суд

 

решил:

 

Признать недействительным договор купли-продажи от 03.09.2014, заключенный между ООО «Ф» и ЗАО «Банк».

Взыскать с ЗАО «Банк» в республиканский бюджет 1 800 000 рублей государственной пошлины.

Судебный приказ выдать после вступления решения в законную силу.

Направить копии решения сторонам, третьему лицу.

Настоящее решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию экономического суда Могилевской области не позднее пятнадцати дней со дня его вынесения в порядке, установленном статьями 267–270 ХПК.