− 
 − 

УСЛОВНО-ДОСРОЧНОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ НАКАЗАНИЯ ПО УГОЛОВНОМУ ПРАВУ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

CONDITIONAL EARLY RELEASE FROM PUNISHMENT IN CRIMINAL LAW OF REPUBLIC OF BELARUS

ДИСКО В.И.,
аспирант кафедры уголовного права

Белорусского государственного университета

 

В статье исследуются теоретические аспекты условно-досрочного освобождения осужденных от наказания. Автором изучаются материальные и формальные основания применения условно-досрочного освобождения от наказания. Приводится краткий обзор точек зрения по поводу значения термина «исправление», а также даются рекомендации по установлению критериев исправления, подлежащих отражению в представлении об условно-досрочном освобождении. Анализируются обязанности, подлежащие возложению на осужденных в течение неотбытой части наказания, а также случаи отмены условно-досрочного освобождения. В заключении делается вывод о том, что необходим дифференцированный подход к оценке исправления осужденных. Отсутствие в уголовном законе критериев исправления осужденных к видам наказания, помимо лишения свободы, обязывает науку разработать эти критерии для последующего закрепления в законодательстве.

The article examines the theoretical aspects of the conditional early release from punishment. The author investigates the material and formal grounds of employing conditional early release from punishment. The article provides a brief outline of the different points of view on the meaning of the term «rehabilitation» and provides directions regarding the establishment of the criteria of the rehabilitation, that need to be reflected in the conception of the conditional early release from punishment. The responsibilities of the convicted people during the remaining term of punishment are being analyzed as well as the cases of cancellation of the conditional early release from punishment. In summary, the author draws a conclusion that there should be a differentiated approach to the evaluation of rehabilitation of convicted people. The absence in the criminal law of criteria of the rehabilitation of convicted people in terms of punishment other than imprisonment, obliges science to develop these criteria for further capturing in legislation.

 

Условно-досрочное освобождение от наказания, являясь одним из предусмотренных Уголовным кодексом Республики Беларусь (далее – УК) видов освобождения от наказания, занимает особое место в данной системе. Наряду с заменой неотбытой части наказания более мягким оно имеет стимулирующий эффект для осужденных [1, с. 542], а его применение в полной мере зависит от поведения самого осужденного, а не от внешних обстоятельств, например, освобождение от наказания по акту амнистии. Вместе с тем применение условно-досрочного освобождения от наказания к осужденным представляет собой трудность. Признание осужденного «исправившимся», как одно из оснований применения условно-досрочного освобождения от наказания, возможно только после изучения определенных в законе обстоятельств, многие из которых сопряжены с выявлением критериев, которые носят оценочный характер. Однако законодатель не дает четких предписаний по их установлению, что создает в определенных случаях трудности для правоприменителя и обязывает науку уголовно-исполнительного права дать рекомендации по их установлению.

Общепризнанным положением уголовно-правовой науки является закрепление принципа неотвратимости ответственности, который выражается в том, что каждое лицо, признанное виновным в совершении преступления, подлежит наказанию или иным мерам уголовной ответственности. Положения ст. 44 УК закрепляют три цели уголовной ответственности, а следовательно и наказания: исправление лица, совершившего преступление, а также предупреждение совершения новых преступлений как осужденным (специальное предупреждение), так и другими лицами (общее предупреждение).

Полагаем, что суд, назначая конкретный вид и размер (срок) наказания, исходит из того, что цели уголовной ответственности не могут быть достигнуты применением более мягкого наказания. Устанавливаемая в уголовном законе система санкций, реализующих уголовную ответственность, позволяет суду дифференцированно и взвешенно подойти к решению цели исправления лица в сбалансированном соотношении с двумя другими целями – цели частного и общего предупреждения преступлений. Вместе с тем цели уголовной ответственности могут быть достигнуты ранее чем предполагал суд. Если достижение общей превенции оценить достаточно сложно, то две другие цели являются более «осязаемыми». Так, в процессе отбывания наказания может случиться, что лицо может исправиться до полного отбытия наказания. Белорусский исследователь Д.В.Шилин определяет, что освобождение от наказания связано, прежде всего, с возможностью возникновения новых обстоятельств, которые касаются изменения личности осужденного. Их появление обусловливает утрату необходимости в продолжении отбывания наказания в тех пределах, которые были определены судом [2]. Продолжение применения наказания к такому лицу было бы неоправданным, поскольку предполагается, что лицо достигло исправления. В этой связи существование института условно-досрочного освобождения отвечает принципу справедливости, экономии уголовной репрессии и гуманизма [3].

Одна из первых точек зрения на юридическую природу условно-досрочного освобождения была высказана А.А.Пионтковским (отец), который одним из первых комплексно подошел к изучению проблем данного института на рубеже XIX и XX веков в своем труде «Условное освобождение. Уголовно-политическое исследование». Ученый определял его как конечную стадию в отбывании наказания в виде лишения свободы [4, с. 137]. Схожую точку зрения разделил и М.А.Ефимов через полвека, определив, что условно-досрочное освобождение от наказания является заключительной стадией в отбывании наказания [5, с. 5]. Справедливо критикуя данную точку зрения Ю.М.Ткачевский писал, что если считать, что осужденный, к которому было применено условно-досрочное освобождение во время испытательного срока (время с момента освобождения до истечения неотбытого срока, назначенного судом наказания), продолжает отбывать наказание и в этот период совершит новое преступление, за которое его осудят к лишению свободы, то он будет дважды отбывать наказание за одно и то же преступление [6, с. 85].

Цель института условно-досрочного освобождения метко определил белорусский ученый Н.А.Бабий отметив, что он (институт) призван осуществить коррекцию длительности применения наказания в зависимости от степени эффективности его воздействия на конкретного осужденного [1, с. 542].

Законодатель предусматривает возможность применения условно-досрочного освобождения от наказания в отношении пяти основных видов наказания из десяти, закрепленных в УК. При этом лицо может быть освобождено и от дополнительного наказания.

Ранее предусматривалось условно-досрочное освобождение от ареста, однако учитывая сравнительно небольшие сроки назначения данного вида наказания, являлось затруднительным надлежащее изучение степени исправления лица при принятии решения об условно-досрочном освобождении. Кроме того, уголовное наказание в виде ареста призвано оказывать, прежде всего, карательное воздействие на осужденных самой интенсивностью правоограничений, строгостью режима, а также изоляцией осужденных от общества на относительно короткий временной промежуток. В связи с этим применение условно-досрочного освобождения от наказания при аресте противоречило самой сути наказания.

Условно-досрочное освобождение от наказания применяется тогда, когда лицо доказало свое исправление примерным поведением, а также отбыло определенную в законе часть наказания. Однако по поводу наименования указанных требований ученые не приходят к единому мнению.

Так, Д.А.Щебра отмечает, что одни ученые считают, что основанием применения анализируемой меры уголовно-правового характера выступает исправление осужденного, а отбытие установленной законом части назначенного срока наказания является его условием. В то же время некоторые криминалисты минимальный срок наказания, который необходимо отбыть осужденному перед условно-досрочным освобождением, определяют как предпосылку применения досрочного освобождения, что представляется сомнительным, поскольку такой термин не используется в уголовном законе. Ряд других ученых стоит на позиции, согласно которой исправление осужденного выступает материальным основанием условно-досрочного освобождения, а отбытие осужденным минимального срока наказания – формальным [3, с. 70].

Полагаем возможным согласиться с тем, что отбытие определенной части назначенного наказания не является главной причиной применения к осужденному условно-досрочного освобождения, так как лицо, отбывающее наказание, поощряется освобождением от дальнейшего наказания не за то, что оно отбыло какую-то часть наказания, а за то, что оно во время отбытия наказания исправилось. Поэтому исправление лица следует считать материальным основанием, а отбытие определенного срока формальным основанием.

Отечественный законодатель в качестве основания условно-досрочного освобождения осужденного от наказания устанавливает «примерное поведение, доказывающее исправление лица». Данное основание является оценочным, однако, как справедливо отмечает В.В.Марчук, имеет для осужденного судьбоносное значение [7].

В науке понятие «исправление осужденного» дискутировалось среди таких ученых, как Б.С.Утевский, Н.А.Стручков, М.А.Ефимов, А.И.Зубков и др. К примеру, советский ученый М.А.Ефимов полагал, что исправление означает преодоление в характере заключенного неправильного отношения к обществу, коллективу, труду, семье, своим обязанностям, которое проявляется в паразитических устремлениях, корыстолюбии, эгоизме, неуважении к правилам социалистического общежития, пьянстве и т.д. Схожее определение дает и современный автор А.И.Зубков [8, с. 25]. С точки зрения H. A. Беляева, об исправлении преступника можно говорить лишь тогда, когда под влиянием наказания в его сознании происходят изменения, при наличии которых преступник хотя и не превращается в активного, сознательного члена нашего общества, но уже становится безопасным для него [9, с. 46]. Б.Б.Казак добавляет, что исправление осужденных – это комплексная общегосударственная задача [10, с. 254].

Е.Саламатов, проведя ретроспективный анализ значения термина «исправление» в науке, законодательстве и практике советского периода, отмечает, что если в науке и законодательстве под этим, прежде всего, понималась конечная цель, то для практики пенитенциарных учреждений в основном это означало процесс [11].

Отечественный законодатель определяет «исправление осужденных» в части 2 ст. 7 Уголовно-исполнительного кодекса Республики Беларусь (далее – УИК) как формирование у них готовности вести правопослушный образ жизни. Закон указывает на основные средства достижения целей уголовной ответственности, в том числе исправления, в процессе ее применения. К ним относятся установленный порядок исполнения и отбывания наказания и иных мер уголовной ответственности, воспитательная работа, общественно полезный труд, получение осужденными образования, общественное воздействие.

Вывод об исправлении осужденных надлежит делать на основании критериев, подлежащих отражению в представлении к условно-досрочному освобождению. Так, согласно части 3 ст. 187 УИК в представлении об условно-досрочном освобождении от наказания должны содержаться данные, характеризующие личность осужденного, его поведение, отношение к труду и обучению во время отбывания наказания, отношение к совершенному деянию, и т.д. Однако ни один из них не служит прямым доказательством достижения исправления. Эти критерии, как справедливо отмечал Ю.М.Ткачевский, органически связаны друг с другом и являются действенными лишь в сочетании, в единстве [6, с. 19]. Вместе с тем закрепление рассматриваемых критериев, по нашему мнению, справедливо подвергается критике, поскольку они отражают в большинстве своем советский опыт функционирования исправительных учреждений [12, с. 62].

Особого внимания заслуживают критерии, которые носят оценочный характер. Существенным признаком, который характеризует поведение осужденного, является наличие или отсутствие взысканий. По общему правилу законодатель не выделяет конкретного периода, в течение которого осужденный не должен был привлекаться к взысканиям. Вместе с тем существующий порядок аттестации осужденных к лишению свободы предполагает, что осужденный на момент аттестации по определению соответствующей степени его исправления не должен иметь взысканий. Исходя из этого, законодатель не исключает возможности применения условно-досрочного освобождения от наказания к осужденному, который имел взыскания, однако к моменту соответствующей аттестации взыскания должны быть сняты или погашены.

Согласно ст.ст. 50, 98 УИК осужденные к отдельным видам наказания привлекаются к труду. В качестве критерия, определяющего добросовестное отношение к труду, следует относить отношение осужденного к трудовым процессам, качество выполняемой им работы, рационализацию выполняемой работы [13, с. 17].

Что касается сведений об устранении осужденным последствий своего деяния, то во внимание принимаются приложенные усилия, которые осужденный направил на их устранение. Представляется, что устранение последствий может и не зависеть в полной мере от осужденного, но законодатель констатирует, что попытаться их устранить осужденный обязан. Например, материальный ущерб, причиненный преступлением, не возмещен в силу таких объективных причин, как инвалидность осужденного или наличие у него заболеваний, препятствующих трудоустройству, и т.д. Однако установленные факты умышленного уклонения осужденного от возмещения причиненного преступлением вреда (путем сокрытия имущества, доходов, уклонения от работы и т.д.) наряду с другими обстоятельствами служат препятствием к условно-досрочному освобождению. Вместе с тем обязанность по возмещению причиненного преступлением ущерба (вреда) в случае невозмещения его на день принятия решения об условно-досрочном освобождении на осужденного в течение неотбытой части наказания может возложить суд.

При аттестации осужденных к лишению свободы во внимание принимается участие в общественно полезной деятельности. Осужденный может принимать участие в работе самодеятельных организаций либо оказывать посильную помощь в подготовке зала, сцены к проводимому мероприятию, например, расставить стулья, развесить плакаты и т.д. Все это надлежит расценивать как общественно полезную деятельность, поскольку осужденный не преследует индивидуальные цели, а действует в интересах коллектива.

Одним из доказательств исправления осужденного следует считать наличие поощрений лица, поскольку поощрение является констатацией полезной деятельности осужденного в той или иной области. Мало того, полагаем, что поощрение следует рассматривать как следствие примерного, образцового поведения осужденного.

Одинаковый подход к оценке исправления всех осужденных нам видится невозможным. С особой осторожностью следует делать выводы об исправлении лиц, совершивших преступления в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения. Представляется, что указанные вещества в значительной степени стали предпосылкой совершения преступления, поскольку лицо не смогло контролировать свои действия должным образом. В свою очередь, аттестация осужденного учитывает поведение лица в период, когда лицо не находилось под воздействием указанных веществ. Остается неясным, способно ли лицо не допускать противоправных деяний при употреблении алкоголя в дальнейшем. В этой связи в указанных случаях требуется уделить особое внимание профилактической работе с осужденными по предотвращению употребления указанных веществ.

Требуется дифференцированный подход при оценке исправления лиц в зависимости от возраста, поскольку у несовершеннолетнего зачастую установка на антиобщественное поведение не сформировалась, чего нельзя сказать, к примеру, про лицо, допустившие особо опасный рецидив. В последнем случае полагаем возможным уделить внимание как причинам, побудившим лицо к совершению преступлений, так и применялось ли к лицу условно-досрочное освобождение ранее. Ответы на эти вопросы позволяют более четко спрогнозировать способность осужденного вести правопослушный образ жизни в дальнейшем.

Значительных успехов в изучении ресоциализационных вопросов осужденных к лишению свободы достиг отечественный исследователь В.Е.Бурый, который предлагает основанную на характере мотивационной и преступной направленности личности типологию осужденных к лишению свободы. На основе указанного критерия ученый выделяет восемь типов осужденных. Для того чтобы определить соответствие осужденного к лишению свободы определенной степени исправления, ученый предлагает обратить внимание на ряд базовых критериев, которые он объединяет в три группы: юридические (уголовно-правовые, уголовно-исполнительные, криминологические), социальные и психолого-педагогические [12, с. 31]. Несомненным достоинством данной типологии является учет криминологически значимых черт личности, в особенности тех ее свойств, которые способствовали совершению преступлений, поскольку мотивация – смыслообразующий и смыслоконтролирующий фактор поведения. Побуждения индивида в механизме совершения преступления коррелируют с личностно принятыми способами поведения. Целенаправленное воздействие на них в процессе отбывания наказания позволит нейтрализовать личностные свойства, способствующие совершению преступления в будущем.

Таким образом, принятие компетентным органом решения об условно-досрочном освобождении всегда включает в себя элементы прогнозирования, вероятности будущего правомерного поведения осужденного. Само решение принимается, когда личность и поведение лица дают достаточные основания считать, что оно не склонно к совершению нового преступления, то есть является исправившимся.

Для условно-досрочного освобождения осужденного от наказания, кроме его исправления, требуется еще, чтобы он отбыл указанную в законе часть наказания, назначенного приговором суда.

Статья 90 УК дифференцирует сроки отбытия назначенного судом наказания в зависимости от категории совершенного преступления, наличия судимости за умышленное преступление, применения в прошлом к лицу условно-досрочного освобождения, а также от особенностей личности осужденных.

Администрация органа или учреждения, исполняющих наказание и иные меры уголовной ответственности по результатам аттестации осужденного, направляют в суд представление об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания самостоятельно по отбытии осужденным установленной законом части срока наказания. Представление содержит вывод данных органов о том, что осужденный своим примерным поведением доказал свое исправление, то есть признан ими «доказавшим свое исправление». Вместе с тем УИК закрепляет критерии констатации данной степени исправления осужденных только лишь в отношении осужденных к лишению свободы (ст. 116 УИК). Критериев исправления осужденных к другим видам наказания в законодательных актах не содержится. Полагаем, что наука уголовно-исполнительного права должна взять на себя обязательство по разработке указанных критериев для последующего закрепления в УИК. Аттестация осужденного проводится на основе принципа всесторонности, который заключается в комплексном и всеобъемлющем изучении всех имеющих значения для принятия решения проявлений личности осужденного, а также принципа объективности, означающем принятие решения не на основе личных убеждений и симпатий, а на основе реально изученных администрацией фактов.

Суд, изучив данные, содержащиеся в представлении к условно-досрочному освобождению, должен принять одно из двух решений: применить к осужденному условно-досрочное освобождение либо отказать в применении.

Согласно частям 5, 51 ст. 90 УК суд при принятии положительного решения может возложить на осужденного к лишению свободы выполнение в течение неотбытой части наказания ряда обязанностей. Круг обязанностей является закрытым, а сами они выполняют в большинстве своем контрольную функцию (не менять место жительства без согласия органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного), но могут выполнять также и превентивную функцию (не посещать определенные места). Подход законодателя по возложению указанных обязанностей исключительно на осужденных к лишению свободы нам видится неоправданно либеральным. Думается, с одной стороны, возложение указанных обязанностей является действенным способом частного предупреждения преступлений, а с другой – не наносит ощутимого ограничения прав осужденных. К тому же возложение указанных обязанностей являлось правом суда, а не обязанностью.

Также за осужденным вне зависимости от отбываемого наказания осуществляется профилактическое наблюдение и соответственно на него возлагаются обязанности, предусмотренные частью 2 ст. 81 УК. В значительной степени возложение отмеченных обязанностей обуславливают условность освобождения.

Стимулирует осужденного к правопослушному поведению и возможность отмены условно-досрочного освобождения. Суд может отменить условно-досрочное освобождение в двух случаях.

Во-первых, если осужденный, несмотря на официальное предупреждение, не выполняет возложенные на него обязанности. Во-вторых, в случае неоднократного нарушения общественного порядка, за что к нему дважды были применены меры административного взыскания. Нарушение общественного порядка означает совершение административного правонарушения, посягающего именно на общественный порядок, в том числе и правонарушения, в котором общественный порядок может выступать в качестве дополнительного объекта.

Решая вопрос об отмене условно-досрочного освобождения, суду надлежит тщательно изучить образ жизни осужденного, а также причины совершения отмеченных деяний, обоснованность привлечения к административной ответственности. Совершение рассматриваемых деяний предполагает лишь возможность отмены условно-досрочного освобождения, однако законодатель указывает и на один случай, когда отмена условно-досрочного освобождения является безусловной.

В случае совершения осужденным умышленного преступления, а равно преступления по неосторожности, за которое он осуждается к лишению свободы, условно-досрочное освобождение аннулируется. Однако если за вновь совершенное по неосторожности преступление лицо будет осуждено не к лишению свободы, а к иному наказанию, то условно-досрочное освобождение остается в силе, а назначенное наказание исполняется самостоятельно. Возможность отмены судом условно-досрочного освобождения при невыполнении возложенных на осужденного обязанностей, а также при совершении правонарушений позволяет рассматривать неотбытую часть наказания как испытательный срок.

Следует отметить определенную схожесть модели построения условно-досрочного освобождения от наказания с одной из форм реализации уголовной ответственности – осуждение с условным неприменением наказания. Указанные институты объединяет возможность контроля за поведением осужденного в период испытательного срока, схожие обязанности, возлагаемые судом, а также одинаково сконструированная возможность возвращения к реальному отбыванию наказания. Полагаем, что в этой связи можно говорить о трансформации одной формы реализации уголовной ответственности в другую. Законодатель знает такие примеры, в частности, невыполнение условий отсрочки исполнения наказания (осуждение с отсрочкой исполнения наказания) влечет возможность реального отбывания наказания (осуждение с применением назначенного наказания).

Таким образом, условно-досрочное освобождение от наказания следует рассматривать как сложный, комплексный институт, содержащий в себе нормы уголовного права, уголовно-исполнительного права, а также криминологии.

Критерии исправления осужденных к лишению свободы, закрепленные в ст. 116 УИК, а также данные, подлежащие отражению в представлении к условно-досрочному освобождению от наказания, отражают в большинстве своем советский опыт функционирования исправительных учреждений и соответственно не в полной мере учитывают опыт функционирования отечественной уголовно-исправительной системы. Кроме того, законодатель не выработал критериев оценки исправления осужденных к другим видам наказания.

Оценка результатов исправления через применение общих критериев и степеней исправления осужденных к лишению свободы, а также на основе данных, содержащихся в представлении к условно-досрочному освобождению в остальных случаях, может привести к ложным выводам в оценке исправления лица. Вывод об исправлении осужденного надлежит делать на основе выработанных, в том числе наукой, критериев, установление которых работниками администрации органа или учреждения, исполняющих наказание, потребует лишь базовых психологических знаний и навыков.

 

СПИСОК ЦИТИРОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

1. Бабий, Н. А. Уголовное право (общая часть) : учебник / Н. А. Бабий. – Минск : ГИУСТ БГУ, 2010. – 663 с.

2. Шилин, Д. В. Постатейный комментарий к Уголовному кодексу Республики Беларусь. Общая часть. Раздел III. Уголовная ответственность. Глава 12. Освобождение от уголовной ответственности и наказания (статьи 82–96) [Электронный ресурс] / Д. В. Шилин // КонсультантПлюс. Беларусь Технология 3000 / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2015.

3. Щерба, Д. А. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания. Вопросы теории и практики : дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / Д. А. Щерба. – Хабаровск, 2007 г. – 239 с.

4. Пионтковский, А. А. Условное освобождение. Уголовно-политическое исследование / А. А. Пионтковский. – Казань : типо-лит. ун-та, 1900. – 251 с.

5. Ефимов, М. А. Условно-досрочное и досрочное освобождение по советскому уголовному праву : автореф. дис. … канд. юрид. наук : 12.00.08 / М. А. Ефимов ; Ленинградский гос. ун-т им. А. А. Жданова. – Ленинград, 1958. – 16 с.

6. Ткачевский, Ю. М. Освобождение от отбывания наказания / Ю. М. Ткачевский. – М. : Юрид. лит., 1970. – 240 с.

7. Марчук, В. В. Терминологические и иные коррекции некоторых норм Уголовного кодекса Республики Беларусь в 2010 году [Электронный ресурс] / В. В. Марчук // Консультант Плюс. Комментарии законодательства. Белорусский Выпуск / ООО «ЮрСпектр». – Минск, 2015.

8. Зубков, А. И. Юридическое значение цели исправления осужденных к лишению свободы / А. И. Зубков // Преступление и наказание. – 1998. – № 4. – С. 24–29.

9. Беляев, H. A. Уголовно-правовая политика и пути ее реализации / Н. А. Беляев. – Ленинград : ЛГУ им. А. А. Жданова, 1986. – 176 с.

10. Казак, Б. Б. Безопасность уголовно-исполнительной системы / Б. Б. Казак. – Рязань : Академия права и управления Минюста России, 2002. – 324 с.

11. Саламатов, Е. Исправление или ресоциализация? [Электронный ресурс] / Е. Саламатов // Законодательство Республики Казахстан. – Режим доступа: http://www.zakon.kz/4546603-ispravlenie-ili-resocializacija-e..html. – Дата доступа: 15.09.2015.

12. Бурый, В. Е. Ресоциализация и социальная адаптация осужденных к лишению свободы / В. Е. Бурый. – Могилев : МгВК МВД Респ. Беларусь, 2014. – 170 с.

13. Стручков, Н. А. Условно-досрочное освобождение от наказания / Н. А. Стручков. – М. : Госюриздат, 1961. – 47 c.